Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы

Объявление



Время: 315 год Эры Юпитер, четырнадцатые сутки после взрыва в Дана-Бан.
Утро-день-вечер-ночь.

Погода: переменная облачность, ветер.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Чужак в стране чужой

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Время и место:
За полгода до трагических событий, потрясших - во всех смыслах этого слова - Амой. Орбита Голд. Крейсер АФ "Галеон".

Участники:
Хайне Салас
Трид Зарински

Краткое описание сюжета:
Нет ничего скучнее, нежели патрулирования окраин. Пираты благоразумно не суются, контрабандисты все "свои" и тщательно посчитаны. Единственное, на что остается уповать, так на метеорит какой случайный, или, на худой конец, неизвестный объект искусственного происхождения, передающий по всем диапазонам "SOS" в кодировке времен зарождения Федерации.

+1

2

Первое, что Трид почувствовал сквозь окружающую его темноту - это запах. Пахло насыщенно синтетической стерильной свежестью. Так могло пахнуть либо в больнице, либо в морге. Второе заведение было не радо живым, так что парень решил надеяться на лучший вариант. Следом за запахом проснулись рецепторы, давая понять, что, во-первых, Триду адски неудобно, а во-вторых, у него болит и ноет абсолютно все! Шевелиться было сложно. Тело казалось каким-то тяжелым, набитым даже не ватой, а бетоном вперемешку с гвоздями и битым стеклом.
«Мать твою, как же… Оооох…»
Других мыслей под дредами не наблюдалось. Тело Зарински потихонечку оживало, и каждая секунда давалась ему новой долей негативных ощущений. Даже в былую студенческую молодость, когда в глотку лилось все что горело, Трид не чувствовал себя настолько погано. Но все в жизни бывает впервые.
Прошел долгий, мучительный час, прежде чем Трид смог открыть глаза. Белый потолок матово светился, наполняя комнату, точнее – палату, мягким рассеянным светом. Даже сквозь прищуренные веки этот свет казался нестерпимо ярким. Потихоньку Трид старался раскрыть глаза и рассмотреть, где же он находится. Больше всего окружающее походило на больничную палату. Вокруг стояла тишина, пахло обеззараживателем и чем-то, типа, свежим. На деле же маскировать запах синтетики синтетикой - затея глупая и обреченная на провал.
Когда мерзкие ощущения немного схлынули, Трид нашел в себе силы повернуть голову набок. В поле зрения попал кусок серого прорезиненного пола, безликой белой стены и дисплеи каких-то приборов, светящие зеленоватыми символами. Он был в палате один и это даже немного удивляло. Трид хрипло закашлялся и посмотрел в другую сторону. Сознание немного повело, а желудок как будто сжало в кулак. Сглотнув, парень зажмурился и несколько раз медленно вдохнул-выдохнул. Полегчало. Справа от его койки стоял стул с наброшенным на спинку белым халатом из какого-то полипластика, на сидении которого лежала какая-то папка с подколотыми исписанными листами. Трид попытался поднять руку, чтоб посмотреть поближе, но не смог. С превеликим удивлением он понял, что неведомые доктора зачем-то плотно зафиксировали тело горе-космобродяги, намертво примотав его к койке. Сразу стало как-то не по себе. Трид прикрыл глаза, стараясь справиться со своими эмоциями. Сказать что ситуация пугала – ничего не сказать.
А потом случилось страшное.
Внезапно под спиной парня как будто заворочалось какое-то живое существо. Кожу взбодрили несколько разрядов тока, а под плотной обивкой койки начали возникать какие-то чудовищные, мелко дрожащие бугры. Это было последней каплей. Вопль испуганного до седины космолетчика глухим эхом отразился от стен палаты и ринулся в коридор, где в итоге достиг уха дежурного врача.
Трид вертелся как уж на сковороде. Старался, по крайней мере. Фиксаторы не собирались его отпускать, но немного растягивались, и это преисполнило надеждой и давало силы. В итоге койка победила. Трид не понял даже, откуда появился инъектор, но гадкий шприц удивительно точно угодил в порядком отощавшую бедренную мышцу. Космобродяга дернулся еще пару раз и провалился в спасительный сон.

Отредактировано Трид Зарински (2015-08-13 15:20:06)

+4

3

В приглушенном свете палатной лампы кожа найденыша была похожа на старый пергамент. Хайне никогда не видел пергамента, но, если верить книжным описаниям, именно таким он должен был быть - желтоватым, тонким и хрупким. Хайне отчетливо слышал тихое, едва уловимое похрустывание с которым некогда смуглая, а сейчас словно выцветшая кожа натягивалась на приподнимающейся на каждом вдохе груди. А может, что более вероятно, так похрустывало обработанное антисептиком постельное белье.
- Говорите, он приходил в себя? - обратился Салас к дежурному медику, стоящему неподалеку.Тот не отрывая взгляда от планшета, на котором просматривал последние данные по найденышу, коротко кивнул. - И каково его состояние?
- Физически, пока что, оставляет желать лучшего. Объект слаб и истощен, что не удивительно, учитывая сколько времени он находился в глубокой заморозке. Все же, на редкость варварская методика, сэр, - на этих словах сапфир* нахмурился. - Я все же считаю, что декрионизацию следовало проводить на Амой. Возможности Эоса и Танагуры значительно превосходят возможности нашего медблока.
- Дэй, вы просто не видели, что стало с его капсулой. Он бы не дотянул до Амой. И сомневаюсь, что самооттаявшие по дороге мозги представляли бы из себя хоть какую то ценность. Возможности Эоса поистине безграничны, но даже они не смогли бы заставить получившуюся кашицу функционировать как должно. При таком раскладе корабельный медблок выигрывает по всем пунктам. Сколько ему еще до полного восстановления физической формы?
- Около недели или двух, если все пойдет по худшему сценарию.
- Психологическое состояние?
- Трудно судить. Но если взять за основу усредненные нормативы, наш гость, - медик выразительно приподнял брови, выражая свое отношение к подобному обращению, - вполне адекватен и готов к контакту.
- Вы можете гарантировать, что он не удариться в истерику и не начнет вопить посередине разговора?
Дей пожал плечами.
- В его реакции не было ничего странного, сэр. Любой бы, ну почти любой, - быстро поправился он, - испугался бы при подобных обстоятельствах. Но я не могу ничего гарантировать. И даже будь я самим господином Амом не смог бы.
- Ясно.
Салас перевел взгляд с подчиненного на найденыша. Пальцы вытянутой поверх одеяла руки еле заметно дрогнули, царапнув отросшими ногтями ткань покрывала, дернулись под закрытыми веками глазные яблоки, еле заметно расширились крылья носа... 
- С добрым утром, - поприветсвовал Хайне найденыша, как только взгляд его карих глаз перестал шарить вокруг и стал более менее осмысленным.

____________

*

http://i99.beon.ru/dreamworlds.ru/uploads/posts/2012-11/thumbs/1352224813_anikakinka-2.jpg

+3

4

Сознание, безжалостно вспугнутое автоматической программой массажа, возвращалось маленькими неуверенными шажочками. Трид потихонечку оживал после глубокого сна и старался ничем себя не выдать. В его палате разговаривали двое. Слова были непонятные, странные. Никто и никогда на памяти Трида не разговаривал вот так вот. Напряженно вслушиваясь хотя бы ради интонаций, бродяга отчаянно старался понять, где же он находится. И зачем он здесь. Вопрос относительно своего будущего он не рассматривал, тут бы с настоящим разобраться.
Оба чужака говорили спокойно, негромко и уверенно. Эта уверенность почему-то передалась и Триду, хотя он и не знал, к чему она относится. Но раз уж парочка беседовала над его, Трида, болезной тушкой, то наверняка речь об этой самой тушке и идет. Чуть дрогнув уголками губ, парень неспешно приоткрыл веки, давая глазам адаптироваться к освещению. Рядом с его кроватью стояли двое, причем какие-то странные. Белый халат позволял идентифицировать врача, а вот кто второй, сразу сказать было сложно. Но первые опасения прошли: по крайней мере его, Трида, нашли люди. Эти самые люди стояли возле койки и Трид внимательно рассматривал их. Было что-то, что заставляло вновь и вновь возвращаться к тонким и правильным чертам. Почему-то первое, на что Трид обратил внимание — это кожа обоих мужчин. Ровная, гладкая, идеального цвета, без намека на сыпи, покраснения или еще какие-то несовершенства, как будто оба перед посещением палаты провели не один час перед зеркалом. Они смотрели на еле живого косморазведчика с нескрываемым интересом.
Так студент смотрит на жабу, перед тем как начать препарирование.
Светловолосый что-то сказал на своем непонятном языке. Трид в ответ моргнул, и, как сумел, улыбнулся. Не широко. Вдруг примут за оскал?
- Здра… Здравствуйте. – голос звучал хрипловато и чуждо.
Повисла пауза. Судя по всему, не один Трид столкнулся с бедой языкового барьера.

Отредактировано Трид Зарински (2015-08-24 20:07:29)

+4

5

Надежды, что стоит найденышу отомкнуть пересохшие, отдающей отчетливой синюшностью уста - и сразу все прояснится, ожидаемо не оправдались. С другой стороны, все могло быть намного хуже. Найденыш мог, к примеру, изъясняться переливчатым свистом, или шипением. Да он вообще мог оказаться немым. А тут какая-никакая, а речь. И, кажется, вполне себе членораздельная. И реакции у найденыша правильные - вон как скалится старательно, изображая, по видимому, дружелюбную улыбку. Хайне, в свою очередь, приподнял уголки губ, постучал себя по уху согнутым указательным пальцем и помотал головой.
- Не понимаю, - медленно выговорил он и развел руками.
На бледном лице отразилась напряженная работа мысли, и оставалось только надеяться, что найденыш понял его пантомиму верно, а не воспринял ее как признание в том, что собеседник туговат на ухо.
О проблеме языкового барьера Салас слышал, но никогда не думал даже, что ему придется с ней столкнуться: на терранском - официальном всеобщем языке Федерации - худо-бедно говорили везде. Чисто теоретически должны были существовать места, куда Федерация не запустила свои алчно подергивающиеся щупальца, но подтверждений этой теории до сего дня не встречалось. И вот теперь, столкнувшись с ними, что называется, нос к носу, Хайне немного растерялся - налаживать коммуникацию без такого удобного инструмента, как общий язык, ему приходилось впервые. С другой стороны - тем интереснее.
Он медленно пододвинул стул поближе к кровати и сел, чтобы не возвышаться над найденышем подпирающей макушкой небеса горой. Тот настороженно прищурился, сопровождая его телодвижения заблестевшими глазами.
- Дэй, приглушите свет немного, - попросил он Мортимера. - Кажется, он режет ему глаза.
Тот протянул руку, не глядя, нашарив на стене нужную панель, и опустил индикатор освещения на пару делений ниже. Свет из желтого стал сероватым, словно в палате наступили сумерки.
- При всем моем уважении, сэр, если мое мнение имеет хоть какое значение в сложившейся ситуации...
- Имеет, - безмятежное выражение лица Саласа явно говорило об обратном, но Дэй Мортимер благоразумно оставил это замечание при себе. Их Адмиралтейшество, при всех своих достоинствах, все же был блонди - забывать об этом - и, собственно, забываться, не стоило. - Но вы же сами говорили - показатели в норме, он готов к контакту. Вот я и контактирую.
Хайне не поручился бы, что пришедшая ему в голову мысль была дельной, но очень уж хотелось проверить ее на практике. Он чуть наклонился вперед и медленно заговорил, четко артикулируя каждое слово.
Ему впервые приходилось говорить на староанглийском - языке, который, если верить лингвистам и филологам, лежал в основе терранского. Слова, так легко узнаваемые и приятные своим графическим начертанием глазу, отчаянно сопротивлялись, с явной неохотой собираясь в ужасающе громоздкие конструкции, и неуклюже протискивались сквозь губы, оставляя на языке неприятное, колючие послевкусие.
- Добродня. Много вас ощупывают себя хорошо? Дайте знамение.

+4

6

Если ранее Трид болезненно щурился, искренне не зная, хватит ли изможденному телу сил открыть глаза пошире, то сейчас веки удивленно распахнулись сами по себе.
- Что?.. Знамение?
«Ничего не понял».
Свет в палате стал мягче. Наверно, синеволосый что-то сделал, но Трид не уловил, что конкретно. Впрочем, сейчас это было не так чтоб сильно важно. Сосредоточившись и прокрутив в мозгах высказывание блондина еще несколько раз, Трид таки смог отделить зерна смысла от плевел косноязычия.
- Я... Перестал ощущать себя божественным. Ощущаю некачествено, но вживую.
Состояние было очень странным. Голова казалась невероятно тяжелой, дышать было непривычно, а каждое движение воспринималось, как будто кто-то иной двигает телом Трида, как марионеткой.
«Те еще ощущеньица, жутко до дрожи».
Теперь, когда свет прекратил резать глаза, Трид очень ясно и четко осознал, что угодил все-таки не к тем странным «человекам», которые уничтожили его корабль, а…
«Мой «Пегас»…»
Тогда Трид не успел осознать всего кошмара происходящего. После того как «Пегас» вывалился из червоточины, его практически сразу обнаружили какие-то люди. Инк корабля оповестил о неком входящем сигнале, но не смог дешифровать сообщение. Скорее всего, из-за разницы в системах кораблей. Но вот аварийная частота почему-то сработала, и на экране визора появилась небритая морда. Открыв рот, морда заговорила, но Трид ни словечка не понял. Пришлось изъясняться жестами. Небритый ткнул пальцем в сторону Трида, а после показал себе за спину и сцепил пальцы одной руки с пальцами другой. Трид в ответ покачал головой, не особо желая стыковаться не пойми к кому не пойми где. Небритому это не понравилось. Он нахмурился и ударил по ладони кулаком, а после вновь указал в сторону Зарински. Сканеры «Пегаса», работающие в режиме аварийного поиска засекли приближающиеся объекты. Как информировал Инк - «Предположительно торпеды. Рекомендуется активировать защитное силовое поле». До кнопки парень успел дотянуться. А еще он успел недвусмысленно показать в визор средний палец и выкрутить тягу двигателей на максимум. Судя по новым залпам, этот жест был знаком во всех галактиках.
А потом была кратковременная погоня, и Инк грустно сообщил, что «пилоту предпочтительно эвакуироваться». Криокапсула с шипящим звуком отгородила Трида от умирающего корабля, а потом короткий укол в шею - и практически моментальное забытье. Но Зарински помнил разошедшуюся дыру обшивки и уносящиеся в черноту космоса куски рубки.
«Пегас» достался ему от деда.
В палате раздался негромкий, но требовательный писк аппаратуры, и синеволосый отошел к одному из мониторов, однако Трид и без всяких приборов отлично чувствовал ускорившееся сердце. Переведя взгляд на блондина, Зарински коротко вздохнул и попытался снова наладить диалог. В известном Шу-намит космическом пространстве вторым языком считался латинский. Он быстро прижился и распространился по фрипортам и космическим станциям. Трид решил попытать удачу:
- I Zarinsky Trid. ...Ego sum armis lacessitus. In quibus sector fui?**
Затем помолчал и добавил то же самое, но на своем привычном. Блондин вслушивался в звуки очень внимательно и Зарински очень надеялся, что его хоть сколько-нибудь понимают.
- Обзывался Трид Зарински. Меня убил бандитский факт. В какой карте быть?**

*

*- Я... Не знаю, все ли со мной хорошо. Чувствую себя плохо, но живым.
**- Я Трид  Зарински… На меня напали. В каком секторе я оказался?

+4

7

"Знать много языков — иметь много ключей к одному замку"*. Саласу нравилось это выражение древнетерранского не то писателя, не то философа (время безжалостно размыло границу между этими понятиями, и споры о том, кем же на самом деле был Месье Вальтер уступали разве что спорам о том, было ли Месье его настоящим именем, или же литературным псевдонимом). Найденыш представлялся ему эдаким замком с секретом. К такому замку надо подходить с особым умением и очень осторожно, дабы ничего - и никого - не сломать. Подобно вору-медвежатнику - представителю древней, забытой по ненадобности, но не менее волнующей и романтичной профессии, Их Адмиралтейшество готовились всматриваться в движения губ, разбирая артикуляцию, вслушиваться в звучание незнакомой речи, расчленять ее на слова, выискивая отпечатки похожего и отмечая различное. Предвкушение этого было сродни ощущению штурвала в руках на финальном отсчете. Казалось бы - ничего особенного, но адреналин щедро плещется в крови, и зубы медленно обнажаются в почти что улыбке.
- Я Трид Зарински… На меня напали. В каком секторе я оказался?
Хайне, хищно прищурившись, подался было вперед, да так и замер, осознавая сказанное. Медленно повернул голову, поймал несколько ошарашенный взгляд сапфира своим и вопросительно выгнул бровь. Этот мимический прием он подсмотрел у предпоследнего терранского посла и был им, можно сказать, полностью пленен и очарован. Хайне прекрасно понимал, что мимика его не блещет выразительностью, что, при определенных обстоятельствах, создает некоторые трудности. Потому тщательно сортировал и отбирал то, что могло это хоть как-то компенсировать. Брови, в отличие от губ, оказались сговорчивей, и Хайне никогда не упускал случая продемонстрировать результат проведенных перед зеркалом многих часов.
- Дэй, это же...
- Так точно, сэр. Si quaeretis reperietis.**
- Да тут и искать-то особо не пришлось. - Хайне посмотрел на найденыша с некоторой... ну, почти обидой. Как тот самый медвежатник, если бы замок взял да и отщелкнулся. Сам. Никаких тебе секретов, никаких тайн. Из всего набора ключей подошел самый простой. - Non enim tam praeclarum est scire Latine, quam turpe nescire.***
Хайне Салас знал латынь в достаточной степени, чтобы при необходимости поддержать на ней беседу со своим медперсоналом. Его словарный запас был не очень велик, но это было лучше чем нечего. По крайней мере, теперь с Тридом Зарински можно будет хоть как-то изъясняться.
- Я - Салас. Это, - он кивнул в сторону сапфира, - доктор Мортимер. Вы на моем корабле. Сектор 4578KPX по атласу Хадеяки-Сомова, - Хайне замолчал и покачал головой. - Это вам ничего не говорит, да? И система Глан - так же звук пустой, верно?

*

* Вольтер
** Ищите и обрящете.
*** Не столь прекрасно знать латынь, сколь постыдно ее не знать. Цицерон

+4

8

«Ну вот и хана языковому барьеру!», - мысленно обрадовался Трид.
Он продолжал бессовестно пялиться на беловолосого, который внезапно стал чуть-чуть менее чужаком. Появившаяся возможность объясниться немного сбавила напряжение в палате. По крайней мере, Трид уже несколько спокойнее выдохнул и даже попытался устроиться на койке поудобнее. Ну, насколько это было возможно. Сейчас парень мало походил на человека. Больше всего ему шло определение «сдыхоть» - худой, изможденный… и очень голодный.
Тем временем блондин назвал какую-то буквенную абракадабру и даже цивильное название того сектора.
- Нет. – Парень аккуратно покачал головой. – Я не знаю таких координат и названий.
Синтетический воздух щекотал носоглотку и как будто оседал в легких. Несколько раз кашлянув, Трид опустил ладонь на койку рядом с собой. Он совершенно не мог понять, где же они сейчас находятся. Искусственный воздух недвусмысленно говорил про космос и корабль, но в мире Зарински ни одно судно не могло идти настолько мягко и бесшумно. Чтоб ни вибрации, ни гула движков…
Или же они дрейфуют, что тоже вариант. Но Зарински не стал бы ручаться за эту идею. Одежда Хайнэ тоже не торопилась подсказывать горе-космобродяге ответы на возникшие вопросы. Вроде покрой по-военному практичный, но на форму походит мало. Просто удобная одежда.
«По крайней мере, я живой. Это уже хорошо. Интересно, сколько я болтался в капсуле?..»
Переместив взгляд на свою кисть, Трид, насколько мог, сжал руку. Желтоватая тонкая кожа обтянула костяшки, сделав руку какой-то постаревшей.
- А... как вы меня нашли, анларт Салас?
Ни имея точки отсчета, трудно рассуждать о времени, и Трид понятия не имел, сколько он проболтался в космосе. Судя по состоянию здоровья – много.
«Скорее всего, ресурсы камеры были на исходе, раз уж меня так перекотяшило…»
По заверениям производителей, капсула консервировала пилота на срок около ста пятидесяти лет. Мысли о веке болтания в космической черноте вызвали на спине космобродяги целую толпу мурашек, начавших поспешную миграцию к копчику. Все же для его возраста сто пятьдесят лет были весьма и весьма приличным сроком. В голову, помимо воли, полезли мысли о схожих ситуациях, которые изобиловали в фантастических фильмах про всякие временные петли. Теперь Трид намного ближе понимал страдания главгероя, когда он вдруг осознавал, что все, кого он знал и любил, давно умерли, а впереди только безнадега, одиночество и безразмерная, как космос, тоска…
Трид аж вздрогнул от того, насколько ему стало уныло. Он снова посмотрел на Саласа в ожидании ответа.

+4

9

А вот поди угадай - обласкали это его так, уважение высказали, или же наоборот - прокляли на веки вечные? И, главное, как ему на подобное обращение следует реагировать? Кажется, впору благодарить собственную эмоциональную несостоятельность, иногда она весьма к месту.
- Ну, это было не трудно, - Хайне чуть выпрямился, опираясь предплечьем правой руки на колено, и пояснил: - У передатчика в вашей капсуле очень мощный сигнал, - он замолк на мгновение и все же решил уточнить: - Был. Он не только перебивал все на своем диапазоне, но и создавал весьма ощутимые помехи на соседствующих. По этим помехам мы на вас и вышли.
Анларт. Анларт Салас. Нет, ему определенно нравиться, как звучит это сочетание. Да и какая, по сути, ему разница, что оно означает?
За спиной Дэй тактично намекнул, что пора бы Их Адмиралтейшеству вспомнить о делах насущных и отбыть в свою вотчину для немедленного воплощения оных в жизнь. Хайне в который раз поразился как много информации может вместить в себя всего одно - тихое, но весьма выразительное - покашливание.
- Отдыхайте, анларт Зарински. Мы непременно продолжим этот разговор, как только вы немного окрепнете и придете в себя.
Хайне встал, и, кивнув на прощание, вышел из блока.

***
- Нет. Нет. Нет. Вообще ничего похожего.
Найденыш прикрыл глаза и устало потер переносицу. Хайне проследил этот короткий жест взглядом, и поднявшись выключил экран, попутно убрав его под потолок.
"Думаю, можно остановиться. Сомневаюсь, что дальнейший просмотр что-то прояснит, мы и так осили больше половины атласа".
Вместо того чтобы сесть обратно на стул, Хайне привалился плечом к стене, с высоты своего роста рассматривая лежащего на койке парня. Тот был все еще болезненно худ, если не сказать тощ, но выглядел граздо живее и здоровее, нежели в первую их встречу. 
- Хадеяки и Сомов были близкими товарищами, - тихо заговорил Хайне. - И прирожденными исследователями. Они первыми спохватились, что терранские колонии слишком уж хаотично разбросаны относительно друг друга и чуть ли не каждая пользуется своей собственной системой хранения и обработки информации. Тогда они забросили собственные исследования и начали летать от колонии к колонии, сверяя и сводя данные в одну базу. На момент смерти Сомова их общий атлас уже насчитывал более полусотни описаний колоний и соседствующих с ними планет. Описания Сомова и Хадеяки были точными и максимально полными. Да вы и сами могли это увидеть. - Хайне мотнул головой в сторону убранного экрана, где до этого момента одна страница атласа сменялась другой. - На самой заре терранской экспансии в космос, они придумали форму которая не устарела и по сей день. И по сей день пополняется новыми данными, несмотря на то, что некоторые колонии придерживаются собственных систем координат. Это универсальный справочник, и нет такого космолетчика, который бы не знал о нем. Тем более не знал о нем вообще. - Хайне замолк и скрестил руки на груди. - Ваша капсула, способ заморозки, ваш язык, в конце концов... Кто вы, анларт Зарински? Из какого далека вас к нам занесло? И зачем?

+6

10

После памятного разговора в реанимационном блоке прошло немногим более двух месяцев по терранскому времяисчислению. Все это время Трид ел, спал и беседовал с капитаном спасшего его корабля. С каждым днем организм бродяги становился все ближе к исходному состоянию. Тут Трид даже не знал кому говорить свое инопланетянское спасибо: медтехнологии Амой удивляли своими возможностями, но и организм Зарински был своего рода произведением генно-инженерного искусства с легкими полутонами направленной мутации и штрихами кибернетизации для контраста. Синеволосого Дэя Трид начинал уже тихонечко опасаться – вдруг головастому врачу захочется посмотреть что у бродяги внутри?
Но еще большую опаску у Трида вызывал капитан Салас. Совершенно бесстрастный человек. Как кукла. Ну или хочет таковым казаться. Чем дальше строилось общение между ними, тем больше и чаще замечались крохотные искорки эмоций, да и те скрывались, не успев толком себя показать. Надо было быть крайне внимательным и проницательным человеком, чтоб их замечать. Например, таким как Трид.
Особо интересным было то, как легко отреагировал Салас на обращение «анларт». На языке Трида это было вежливый аналог староанглийского «мистер», обращение к мужчине. С уст Саласа это слово слетело как родное, и Триду это почему-то очень понравилось.
Каждый день анларт Салас навещал Трида. На четвертый день как парень более-менее отчухался в руках у капитана стали мелькать голографические проекторы, носители данных и прочие полезные и интересные девайсы, несущие в себе бесценную информацию о новом мире, окружающем Зарински. Давняя мечта всех мальчишек (и по совместительству байка о потерянной в черноте космоса альмаматер человечества) внезапно обрела плоть и поманила обнаженным плечиком. Судьба отказалась ироничной стервой. Она забрала все включая «Пегас», но теперь предлагала прикоснуться к истории человеческого вида, и Трид собирался не ограничиваться касанием, а облапать ее везде где бы только дотянулся.
Когда перед Зарински развернулись красоты астрогаторского атласа бродяга уже предвкушал вопрос, который последует позднее.
«Ну и что не на него отвечать? Моя Зарински, я пришел с миром? И руку в трехпалую сложить, как в старом кино про пришельцев…»
Тяжело вздохнув, Трид расправил складочку на покрывале и посмотрел на собеседника.
- Я космический разведчик, анларт. Военнообязанный, считаю своим долгом это сказать. И боюсь, что Сомов со своим другом не долетели до нашей планеты. Откуда я? С Ллайх. «ACM 335/1 Шу-Намит»*. Зачем я тут… Потому что вы решили откликнуться на сигнал «SOS», вот и все. А вот зачем я пришел вообще не знаю. Мне было любопытно, а это… - Трид улыбнулся - самое важное качество для любого косморазведчика.
Тихо пискнул какой-то прибор.
«От удивления, не иначе…» - решил про себя Трид.
- И что теперь со мной будет? Я служил в военном флоте пилотом истребителя, как предписывают поступать ваши законы в случае обнаружения подобного нежданчика и вообще устанавливать контакты  третьего рода?..

*

*Если расшифровывать, то это планета класса «А», то есть совершенно пригодна для жизни человечества, «С» - колонизированная, «М» - класса «Мегаполис», значит застроено более семидесяти процентов поверхности. Далее порядковый номер и раса, которой она принадлежит.

+4

11

"Как-как?" - он слегка приподнял брови и беззвучно шевельнул губами, привычно пробуя незнакомое слово на вкус.
В последнее время новых, странно звучащих слов было так много, что совершенно неприхотливый в еде Хайне, начал ощущать себя в некоторой степени гурманом.
Общение с анлартом Зарински было подобно прогулке по болотам Хараш-Ла. Именно в них обитались строгусы - совершенно безобидные твари, искусно маскирующиеся под поросшие желтоватой травой кочки. Впервые прочитав о них, Салас попытался представить каково это, когда вполне себе кусок земли вдруг выскальзывает у тебя под ног и, негодующе отфыркиваясь, удаляется метров на пять, дабы снова неподвижно застыть. Та давняя попытка не увенчалась особым успехом, зато сейчас он в полной мере смог оценить и прочувствовать, каково пришлось неизвестным первооткрывателям. Найденыш быстро освоился с терранским, довольно свободно на оном разговаривал, и строгусоподобные "нежданчики" стабильно, как выражался сам Трид, "доставляли".
- Вы задали очень хороший вопрос, анларт, - Хайне шагнул к койке, присаживаясь таки на соседний с нею стул. - И думаю, что встречный будет не хуже: и что теперь мне с вами делать, боевой пилот Трид Заринский?
"Значит, Ллайх. ACM 335/1 Шу-Намит, если быть точнее, чтобы это не означало. Ожидаемо..."
Атлас Сомова Хайне знал наизусть и мог с уверенностью сказать - ничего даже отдаленно похожего на прозвучавшие названия там не встречалось. Даже в более чем обширных дополнениях.
Свесив расслабленные кисти между колен, он слегка поддался вперед, так чтобы их глаза оказались на одном уровне. Улыбка парня стала немного, совсем чуточку, напряженней, но взгляда он не отвел. Найденыш сейчас был совершенно искренен - писк детектора это лишь подтвердил.
- Вы умны и сами можете предположить, что именно мне предписано делать в случае, как вы изволили выразиться, контакта третьего рода. Думаю, если расхождения и будут, то весьма незначительные. Мы же с вами военные, в конце концов.
Трид понимающе хмыкнул и отвел взгляд. Казалось, сейчас ничто не занимало его больше, нежели собственные руки.
- И как военному, вам, ручаюсь, не единожды приходилось сталкиваться с проявлениями неоправданной лояльности со стороны гражданских к тому, что несет в себе пусть и потенциальную, но угрозу.
Красивые у Найденыша руки. Длинные пальцы. На указательном правой руки - небольшой шрам чуть ниже ногтевой лунки. Ладони - все в мозолях, не иначе как от штурвала.
"Военный пилот, значит. Интересно, сколько боевых часов тобою налетано? И что? Вот так просто взять и отдать тебя Раулевому ведомству на растерзание? Что мне тогда от тебя останется, а? Ноль без палочки - так ты, кажется, говоришь?"
- К примеру: гражданину Федерации, потерпевшем - предположительно - крушение рядом с союзной Федерации системой, следует оказывать всевозможную помощь. Даже если потерпевший по каким-либо причинам не осознает себя оным гражданином.
Хайне поднял взгляд от чужих рук и замолчал. Молчать у него всяко получалось лучше, чем говорить. Выходило намного... многозначительней.

+5

12

От услышанного Трид аж поперхнулся, и нервно сглотнул, дернув адамовым яблоком.
- Как же все-таки хорошо быть гражданином Федерации! Я просто тащусь от наших демократичных законов и заботы о нас – простых смертных. – Трид любовно разгладил складочки на одеяле и поудобнее устроился на подушках. – Бюрократическая машина славится своей неторопливостью. В любом случае, пока я вспомню хоть какие-то данные о себе, пройдет время, и его потребуется еще очень много на поиск по биометрике. И то, если все пройдет без задержек.
Трид нарочито грустно вздохнул и покачал головой – мол, как же так? Ай-яй-яй…
- А это значит, что мне пока придется остаться под вашей юрисдикцией. Так сказать – под крылом. Вы же не оставите потерявшегося гражданина Федерации, трагично утратившего память и корабль, вследствие нападения пиратов, на растерзание холодному космосу?..
Когда-то Трид неоднократно видел, как в мелодрамах героини трагично заламывают руки. Не сказать, чтоб эти фильмы плотно входили в топ любимых киножанров, но лучший путь к сердцу девушки - это пригласить ее на мелодраму и не уснуть в процессе сеанса. Проверено. Хотел было повторить сей животрепещущий жест, но передумал. Паясничать тоже в меру надо. К тому же Хайне слегка приподнял брови и его лицо всей свой скупой мимикой выражало готовность помогать, опекать и прятать под вышеупомянутое крыло.
«Эк он меня, пардоне муа, хочет. Знать бы, зачем… Не из жалости и альтруизма, этот тип, что белая акула, только в космосе. Сожрет и не заметит. Значит, я ему нужен. Ну-ну, анларт Салас. Посмотрим чего вы от меня хотите, и что я смогу вам дать. Хм... Белая акула. Отличное название для истребителя, если он еще у меня когда-нибудь будет».
Память о дедовом «Пегасе» снова заставила Зарински погрустнеть. Он очень любил этот резвый кораблик, было безмерно несправедливо, что такой годный и богатый историей истребитель погиб от рук какого-то инопланетного сброда.
«Пока я на судне мне ничего не грозит – тут ни лабораторий, ни исследовательских станций. Значит, у меня есть время на то, чтоб придумать, как выжить. А выживать я умею».
- Анларт Салас, - Трид поднял голову и состроил своему новому другу самую умильную морду, которую только мог. – Возможно, я могу быть вам чем-то полезен?
Далее побежало время. Патрулирование сектора занимает от месяца до бесконечности, а Салас не шибко куда-то торопился. Когда Зарински смог встать, начались прогулки по кораблю. В самые интересные места его не пускали, но и менее интересных было предостаточно. Салас, хитрец, начал с истории. В формате «А вы помните такое-то событие?» был подан солиднейший кусок информации о той части Вселенной, куда закинуло бродягу. Многое было связано с теми или иными конфликтами, произошедшими очень давно. Разговаривать с Хайне было легко и интересно. Трид, не зло посмеиваясь про себя, честно высказывал свое мнение о тактических решениях боевых адмиралов космофлотов, прекрасно понимая, что именно на самом деле спрашивает Салас. Диалог между ними был намного более многогранным, чем могло казаться со стороны. А Зарински бывал в боях, его опыт не ограничивался тренажерами, и он с удовольствием давал Саласу именно те ответы, что были нужны адмиралу. В то же время у него самого возникало множество вопросов. Например - как же так сложилось, что фракция имеет ощутимую военную силу, но при этом весь опыт исключительно теоретический?
Попутно Трид по несколько часов в день учил язык. Латынь-латынью, но и местный следовало знать. Спасибо полуэлектронным мозгам - с запоминанием проблем не было. А практику давал Салас.
И самое главное – речь шла о Терре, Земле. Потерянная колыбель человечества была найдена, и у Зарински просто не хватало духа поверить в это.

+5