Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы

Объявление



Время: 315 год Эры Юпитер, четырнадцатые сутки после взрыва в Дана-Бан.
Утро-день-вечер-ночь.

Погода: переменная облачность, ветер.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы » Апатия » Особняк Фалка Бло


Особняк Фалка Бло

Сообщений 31 страница 36 из 36

1

http://se.uploads.ru/Zupos.jpg
http://s0.uploads.ru/cWNkA.jpg

Интерьеры

Нижний этаж
Спальня хозяина, соединенная с бассейном
http://s9.uploads.ru/wmF0A.jpg
http://sa.uploads.ru/h1Zvn.jpg
Ванная комната
http://sf.uploads.ru/CusSd.jpg
Спортивный зал
http://s4.uploads.ru/aytjQ.jpg
Первый этаж
Кабинет
http://sa.uploads.ru/7baMY.jpg
Столовая
http://s7.uploads.ru/MDwTt.jpg
Уголок с камином в гостиной
http://s7.uploads.ru/QcCNO.jpg
Второй этаж. Комнаты для петов.
Коридор
http://s0.uploads.ru/S6xRN.jpg
Комната Зейдара и его ванная
http://sg.uploads.ru/PKn4l.jpg
http://sf.uploads.ru/uEdXv.jpg

0

31

Собственный неспешный рассказ и управление световой феерией в водах бассейна нисколько не мешали Фалку внимательно наблюдать за своим лейром. Ну да, именно за своим - а куда тот теперь от него денется?
Платина чуть улыбнулся, слушая простые, но мелодичные стихи, процитированные принцем.
- Интересно, это образчик современной лейратской поэзии или преданья старины глубокой? Надо будет потом поинтересоваться... О, как ты непосредственен в проявлении своих эмоций, юный принц, - корректор с удовольствием разглядывал такой выразительный профиль лейра, поглощенного созерцанием удивительных картин. Разноцветные световые блики по-разному оттеняли кожу и волосы Зейдара, а особенно его глаза, и Фалк вдоволь наигрался с разными оттенками, выясняя для себя, при каком свете принц выглядит наиболее выигрышно.
И хорошо, что его боги создали лейров такими выразительными – корректор читал его эмоции, как открытую книгу, да вдобавок с очень крупным шрифтом. Даже когда не смотрел, вроде бы, в его сторону – сверхострое периферическое зрение работало четко. Принц хмурился, интерпретируя рассказ хозяина в привычные ему категории.
- Хм… Похоже, ты не совсем верно понял, что значит «забыть» в моем случае… Ладно, поправим это недоразумение.
А потом Зейдар заговорил.
- Ты ничего не понимаешь, гайр. И ты не прав…
- О, ну какому бы пету пришло в голову возражать или спорить со своим хозяином? Даже такая возможность в их мозгах отсутствует. Со мной-то и элиты из моей лаборатории спорить не решаются, а ты не побоялся, принц… И мне это нравится, – Бло удовлетворенно прищурился и наблюдал за медленно идущим вдоль купели лейром. Он замер, чтобы не спугнуть это желание принца говорить, ведь впервые тот пошел на диалог, не побуждаемый к нему вопросами Фалка. Это был хороший знак.
- Твой сон погрузил тебя в тревогу и страх… Тревога – ты оказался на неведомой земле, а страх – что путь домой отрезан? Или… опа! Да ты боишься, что имя твоего хозяина поменяется!
Трудно сказать, все ли элиты испытывают радость и в каком ее проявлении, но в данный момент корректор четко отследил у себя теплую иголочку, кольнувшую его где-то в районе солнечного сплетения.
- Забавно… Ты ненавидишь свою печать раба, но боишься, что имя в ней изменится… Похоже, даже еще сам себе не отдавая в том отчета…
Зейдар снова был рядом с ним, такой взволнованный и непосредственный. Фалк уже обдумывал, что сказать ему в ответ, как вдруг тот протянул руку и коснулся пальцем его губ, явно прося помолчать. Конечно, платина сто раз мог отстраниться, отвести руку или еще что, но…
Острая необычность момента кольнула дополнительной парой иголочек всё в том же районе солнечного сплетения – Бло не шевельнулся и не проронил ни слова, придавив в зародыше шальную мыслишку поцеловать коснувшийся своих губ палец лейра. Для этих игр сейчас не время. Только серые глаза мягко погружали взор в зелень очей удивительного юноши, сидящего перед ним на коленях.
- Ты должен сделать для меня одну вещь, гайр, - принц волновался, Фалк видел, как непросто тому даются слова, и по прежнему не шевелился, только слегка пожалел, что палец был отнят от его губ. Ощущения были приятными.
- Так... Тебе нужно, чтобы все было сделано привычным тебе способом... Соблюсти обряд. Саммах знали, что делали. Обряды дисциплинируют, даже если ты их ненавидишь. И дают цельную картину мира простым существам. Хотя ты далеко не прост, принц... Возможно, именно поэтому ты и остался здесь.
Подумай о том, чего потребуешь за это. Я обещаю, что исполню то, что ты потребуешь, без неповиновения. Хотя ты знаешь, как это трудно для меня.
- Прекрасно, принц, - Бло внутренне усмехнулся, внешне все так же изображая собой статую, может быть, даже этого пресловутого ледяного вальбона.
- Конечно, я потребую. И заранее знаю, что тебе придется не просто трудно, а очень трудно. Но если ты вытерпишь, то получишь награду.
- Хорошо, Зейдар, - неуловимым движением корректор развернулся к лейру всем корпусом, подогнув под себя одну ногу, и мягко обнял своими ладонями его, нервно сжимающие одна другую, руки. Мягко - но из этого захвата теперь можно было освободиться, только когда сам Фалк этого захочет.
- Я понял, как для тебя это важно, и завтра же ты получишь знак моей власти.
- Я и сам хотел подарить тебе браслеты, просто теперь сделаю это быстрее. А уж насколько я тебя оценю - увидишь позже.
- Вернее, уже сегодня, - Бло улыбнулся, ни на миг не прерывая зрительного контакта. Какой, все же, приятный оттенок у глаз Зейдара...
- Взамен я действительно потребую одну вещь...
- ...раз уж ты сам любезно это предложил...
- ... Ты стойко и безропотно перенесешь исследование твоего организма в генетической лаборатории через два дня. Оно в любом случае состоится, но я хочу, чтобы ты вел себя, как воин, а не как раб, которого нужно связывать.
- Я вообще не хочу, чтобы ты вел себя, как раб, но об этом позже.
- Предупреждаю сразу - тебе будет трудно, принц. Хотя твоему телу не будет нанесено ни малейшего урона, но... Ты должен будешь полностью подчиниться нашим ученым, Зейдар, и выполнять все их требования. Ты дал слово, принц.
Мягкий захват рук корректора разжался, он отследил все, что ему было нужно. Одна рука вернулась на колено, а другая в свою очередь прижалась пальцем к губам лейра. Серые глаза тепло прищурились, губы платины чуть дрогнули, словно хотели произнести "тшшшш".
Пара мгновений - и Фалк уже убрал палец, спокойно продолжив:
- Еще один момент, Зейдар. Я чувствую, что ты не совсем верно понял, что значит "забыть" в моем случае. Я никогда и ничего не забываю, пески времени не заносят для меня картины прошлого навечно. Я в любой момент дня и ночи могу вспомнить все, что со мной происходило за мою жизнь, от самого первого ее момента, могу подробно рассказать обо всех петах и фурнитурах, что у меня были и еще много о чем. И это тоже особенность моего народа, Зейдар. "Забыть" для меня - это значит всего лишь немного приглушить яркость картины и отодвинуть ее на хранение, пока она не понадобится. Но подчеркну еще раз - я никогда и ничего не забываю навсегда.
Фалк внимательно смотрел на лейра, не делая больше попытки коснуться его. Эта ночь и так неожиданно дала очень много, корректор был доволен.
- Твой статус ойрана уже официально утвержден, Зейдар. Отличительный знак, который будет являться и пропуском, и охранной грамотой в этом мире, ты тоже получишь завтра. И я не представляю даже, кому в этом случае может прийти в голову даже косо посмотреть на тебя, принц.
Бло не лукавил. Заместитель главного нейрокорректора Амои, не являясь основной ключевой и публичной фигурой, вес, тем не менее, имел очень и очень значительный. "Серого кардинала" нейрокоррекции весьма "любили" по всей Федерации - Фалк умудрялся оказываться в самые неожиданные, но важные для Амои, моменты, в самых непредсказуемых, но нужных местах. "Любили", но сделать с ним ничего не могли.
- Тебя тревожит еще что-то, принц? - голос Бло был тих и спокоен, - Обещаю, что решу все обыденные проблемы, и даже не потребую более что-то взамен.
- Ты и так пообещал достаточно. Хватило бы выдержки вынести это все.

+1

32

- Хорошо, Зейдар.
Согласие белоснежного словно чиркнуло кремнем по камню и оно застучало ещё сильнее, обжигая скулы стыдливым румянцем. Он, лейратский принц, просил гайра подарить ему знак своей власти! Как же унизительно!
Зейдар закрыл глаза на мгновение, переживая этот момент своего позора снова, но тут же распахнул, вздрагивая от прикосновения пальцев беловолосого к его запястьям. Фалк развернулся и держал его за руки, обхватив тонкие кисти своими ладонями. Хвала небесам, что здесь есть только он и никого лишнего! Зейдар чувствовал, как сильны его руки, но белоснежный не причинял ему боли, просто удерживал на месте, а он смотрел ему в глаза, стиснув зубы и учащённо дыша. Разве он мог сказать сейчас хоть слово? Ничего важнее идущего ему навстречу гайра не существовало. Только ещё один момент заставлял сердце колотиться в груди - чего попросит белоснежный за это?
- Я понял, как для тебя это важно, и завтра же ты получишь знак моей власти.
Завтра.
Лейр судорожно вздохнул, чувствуя тепло его рук и стыд за свою просьбу, опустил взгляд на миг, чуть кивнув головой в ответ на его слова, снова посмотрел ему в лицо, ловя его мягкий взгляд светлых глаз. Наверное Юпитер специально одаривает своих детей такими светлыми глазами, чтобы пронзать взглядом любого, кто дерзнёт смотреть в них на таком близком расстоянии, на каком сидят они друг против друга.
- Вернее, уже сегодня.
Зейдар не отвёл взгляда, лишь внутри снова дрогнуло предчувствием, стоило белоснежному улыбнуться.
Что не так? Почему ты улыбаешься, гайр?
Улыбка белоснежного напрягла каждый нерв и даже руки лейра стали горячей в чужих ладонях от напряжения.
- Взамен я действительно потребую одну вещь...
Юноша сильнее стиснул зубы, застыв в напряжённом ожидании и не сводя зелёных глаз с элита.
Ну же, говори уже!!
Он обещал ему не проявлять неповиновения и он сделает это, так почему же гайр медлит!
- ... Ты стойко и безропотно перенесешь исследование твоего организма в генетической лаборатории через два дня. Оно в любом случае состоится, но я хочу, чтобы ты вел себя, как воин, а не как раб, которого нужно связывать.
Чёрные тонкие брови тут же взлетели вверх и юноша моргнул несколько раз от неожиданности. "Генетическая лаборатория"? Сознание не нашло аналогов в далёком прошлом, но любезно выдало картинку недавнего прошлого в другой лаборатории, где ему исцеляли руку. И тогда смысл сказанного наконец достиг понимания. Фалк хотел исследовать его и таким образом легко выигрывал его послушание. А он не так уж плох... Мысль испугала и Зейдар тут же немного нахмурился, а затем по-королевски поднял голову, не желая, чтобы Фалк прочёл его мысль в его же глазах. Он сделает это взамен на то, что скроет печать его позора. Вполне себе мудрая сделка и гораздо лучше той, которая могла бы прозвучать от любого другого гайра, хвала Богам.
Что-то ещё, мой... господин?..
Лицо белоснежного снова стало серьёзным и он по-прежнему держал его руки в своих. Значит, не всё так просто.
- Предупреждаю сразу - тебе будет трудно, принц. Хотя твоему телу не будет нанесено ни малейшего урона, но... Ты должен будешь полностью подчиниться нашим ученым, Зейдар, и выполнять все их требования. Ты дал слово, принц.
Насколько это будет нелегко? Ты предупреждаешь меня быть сильным и это пугает...
Зелень его глаз тревожно дрогнула, но он тут же отвёл взгляд к полураскрытой груди элита. Как бы там ни было, он действительно пообещал.
- Я сдержу данное тебе слово... - тихо сказал он, веря, что справится. Слова белоснежного о том, что ему не нанесут урона, немного утихомирили тревогу. Фалк не врал ему, а значит и теперь не станет. Если эти опыты будут не опасны, то пусть будет так.
Ладони мужчины разжались и Зейдар мгновенно ощутил холод воздуха на своих запястьях. Он зажимал пальцами ненавистную печать, но одновременно почувствовал, что его рукам словно чего-то не хватает. Словно то тепло рук гайра, что текло по его запястьям, было ему приятно. И это снова испугало его. Он мгновенно разжал свою руку и метнул взгляд на беловолосого, снова вздрагивая удивлённо, но уже от того, что гайр подался к нему, приложив свой палец к его губам, как сделал он сам недавно, чтобы Фалк не перебил его. Только сейчас он улыбался опять. Даже в полумраке было видно, как блестят его глаза. И этим жестом он словно хотел успокоить, чтобы промолчал пока. Белоснежный должен был сказать что-то ещё и Зейдар верил ему, не отшатнувшись от его руки, а лишь немного отодвинув голову, чтобы снова не попасть под власть его прикосновения, неизвестно куда заводящего его мысли и рождающего столь странные чувства в его душе.
Всего пара мгновений и Фалк продолжил говорить:
- Еще один момент, Зейдар. Я чувствую, что ты не совсем верно понял, что значит "забыть" в моем случае.
Зейдар чуть напрягся. Возможно, что это было так. То, как работал его дар понимать речь любого существа,  не всегда приводило к однозначным результатам. Его разум подменял многие слова и они вполне могли быть неверно истолкованы. Но у слова "забыть" разве было иное толкование?
- Я никогда и ничего не забываю, пески времени не заносят для меня картины прошлого навечно. Я в любой момент дня и ночи могу вспомнить все, что со мной происходило за мою жизнь, от самого первого ее момента, могу подробно рассказать обо всех петах и фурнитурах, что у меня были и еще много о чем. И это тоже особенность моего народа, Зейдар.
То есть ты так же помнишь всё, как и я. Тогда ты понимаешь меня, гайр.
Он не перебивал, дослушав до конца его объяснение и лишь потом тихо добавил:
- Если ты помнишь всё, белоснежный, все даты и лица, все твои чувства, то я неверно понял твои слова. Прости меня. Мы не такие уж разные с тобой, но и не одинаковые. Ты помнишь детально, а я - только то, что вызвало отклик в моей душе. Это то, что уже не сотрётся песками времени, но может стать чуть менее острым под наплывом других чувств. Однажды ты учил меня забывать, но научил прощению. И я рад, что мы разобрались с этим ещё в тот раз. Я не верно понял тебя сегодня и я прошу прощения, если обидел твои чувства.
Он приложил руку к груди и чуть склонился перед элитом. И лишь затем снова распрямил спину и поднял голову, глядя на него.
Фалк был доволен увиденным, судя по мягкому взгляду его глаз. От его взгляда Зейдару стало немного неловко. Что-то странное происходило с его чувствами, когда белоснежный был рядом с ним и это никак не укладывалось в голове юного принца. Он должен был ненавидеть его, как хозяина, принявшего власть над ним. Должен был бы, но сейчас, смотря ему в лицо, он не мог.
И это создавало в его душе некий хаос, раздирая его словно на две части.
Я боялся его смерти в том сне. Хотя должен был желать ему этого. Что со мной не так?...
- Твой статус ойрана уже официально утвержден, Зейдар. Отличительный знак, который будет являться и пропуском, и охранной грамотой в этом мире, ты тоже получишь завтра. И я не представляю даже, кому в этом случае может прийти в голову даже косо посмотреть на тебя, принц.
Сердце чуть кольнуло и Зейдар снова вскинул взгляд в серые глаза беловолосого элита перед ним. Эта его последняя фраза не означала ли, что Фалк не откажется от него? Словно ледяной вальбон может приревновать к кому-либо, кто косо посмотрит в его сторону!
Да ладно, гайр! Ты же не умеешь покидать свой ледяной кокон! Или умеешь? Я не стану это проверять, нет.
Зейдар медленно выдохнул, запутавшись окончательно в том, что чувствовал по отношению к белоснежному. Наверное, гайр всё же имел в виду что-то иное. Может, его право передвигаться по Амои с этим отличительным знаком и не более? Официальный статус ойрана на Амои - это как доверительные грамоты в его мире. И это совсем не то же самое, что печать на его руке. Как пропуск, который никто не сможет оспорить. Чувства тут наверняка ни при чём.
А ты хотел бы знать о его ревности, принц?
Зейдар едва заметно втянул носом воздух, понимая, что мысль слишком чудовищна, чтобы быть собственной. А если так подумал он сам, то с ним точно что-то не в порядке. Перед ним гайр, который иногда говорит такое, что смущает его, и заставляет думать о нём совсем не так, как надо было бы. И он ему хозяин, принявший печать богов и не отказавшийся от своего права на владение.
Саммах эль Саммах, это уже не только странно, но и... чудовищно! Лучше оставайся в ледяном коконе, гайр, иначе я снова стану думать о тебе, как о харзе и это будет ещё страннее.Только не со мной!
Принц закрыл глаза, медленно выдыхая и стараясь сохранить внешнее спокойствие. Но видимо ему это не очень удалось, потому что Фалк снова задал вопрос, как будто видел все его душевные метания:
- Тебя тревожит еще что-то, принц? Обещаю, что решу все обыденные проблемы, и даже не потребую более что-то взамен.
- Да!- выпалил юноша, снова пересаживаясь так, чтобы опустить ступни в воду бассейна и не быть лицом к лицу с ним.
- То есть, нет! Это не те проблемы, которые ты можешь решить. Это не касается ни твоих опытов, ни того, о чём мы уже договорились сегодня. - он жарко всплеснул руками, одновременно ткнув открытыми ладонями перед собой, словно ему не хватало слов и он выбрасывал жестами не дающиеся языку слова.
- Я должен хотеть твоей смерти, а я не хочу! И это... это... это чудовищно! Со мной всё не так, как должно быть по Закону. И я чувствую себя преступником. Это не значит, что ты мне нравишься, гайр! - Зейдар словно спохватился, немедленно ткнув рукой в сторону белоснежного, как бы предупреждая его взглядом, чтобы он не надумал там себе всякого.
- Это всё только потому, что ничего этого не должно было случиться! Ты не должен был стать мне господином, а я должен был умереть в чужой земле, как те, кто меня украли! И это было бы справедливо - родиться в новом коконе и в новой жизни. А вместо этого, я твой раб, ты мой хозяин, и я не хочу твоей смерти! Как так?! Саммах эль Саммах, со мной всё не так, не с тобой, белоснежный. Я слушаю тебя, даю тебе клятвы и произношу просьбы, говорю с тобой и даже во сне меня беспокоит твоя возможная гибель!
Юноша снова вскочил на ноги, нервно жестикулируя и то хватаясь за голову, то простирая руки в его сторону, пылко высказывая всё то, что вертелось в голове.
- Я должно быть схожу с ума, когда вижу тебя и не желаю тебе умереть! Это всё не правильно! И дело не в том, что такова воля Богов или такая у нас теперь стратегия. Дело во мне! - он ударил себя кулаками в грудь и порывисто сел снова на бортик купели, упираясь прямыми руками в тёплое каменное покрытие и чуть покачиваясь вперёд-назад.
- Вся моя беда в моих чувствах, гайр. Иногда я правда ненавижу тебя, иногда же совсем нет. Я смотрю на тебя и думаю, что ты нужен мне в этом мире живым. Даже с этой печатью на твоей руке и моим именем в ней. Вот что меня тревожит ещё, белоснежный. Ты очень спокойный, как будто бы сделан изо льда, но твой взгляд бывает теплым, как твои руки. Ты... понимаешь, что я чувствую, глядя на тебя? Никогда раньше я не чувствовал таких противоречий, какие есть с тобой. Были враги, были разные опасности и были преступления. Боги не солгали, я действительно часто нарушал Законы, но раньше меня вёл долг и месть. И всё в итоге казалось верным, даже когда были сомнения. А теперь всё словно раздвоилось. И это тревожит меня куда как больше, чем опыты. Даже если я вспылю снова, желая тебе смерти... ты должен знать, что это только эмоции. Я не хочу тебя убивать, гайр. Когда ты поведёшь меня в ту лабораторию, просто будь где-то рядом. Даже если я снова буду жаждать твоей гибели. Понимаешь, что я хочу сказать?
Он повернул голову и внимательно посмотрел на элита, стараясь усмирить свои эмоции. Ещё одна просьба? А разве есть у него хоть какой-то другой выход? Всё, что он чувствует, было выплеснуто, и даже если гайр не поймёт его, так хотя бы не отвернётся от него в случае, если он и впрямь снова вспылит в трудный для него момент.
- Ты можешь помочь мне сдержать эмоции и данное мной слово, если я буду знать, что ты недалеко. Это легче, чем... чем понять, что со мной не так.

Отредактировано Зейдар (2017-03-12 16:18:48)

+1

33

- Да! То есть, нет!..
Серые глаза платины лукаво прищурились. Ну что за чудо этот лейр! Утверждение, потом сразу отрицание, а следом за ними и сомнение – да этот «букет» удовлетворит самого изысканного эмоционального гурмана! Фалк причислял себя к таковым, но и помыслить не мог, что на его долю достанется лицезреть такой фонтан, нет – вулкан эмоций и страстей. Похоже, Саммах действительно перемудрили с этим конкретным лейром, но как рачительные хозяева решили и свою ошибку обернуть во благо. В мозгу нейрокорректора стало сформировываться убеждение, что, возможно, и само похищение Зейдара с Гайры прошло под четким наблюдением его богов – они просто пропустили в нужное время корабль контрабандистов к поверхности планеты. А потом выпустили – только и всего. А то «ходють тут всякие, а потом лейры пропадают». Но у богов не забалуешь, у богов плановое хозяйство, и революции в этот план явно не входили. А вот обмен очень даже вписался, ко взаимной выгоде и удовольствию сторон.
Ибо господин нейрокорректор всё больше и больше находил удовольствия в общении с Зейдаром. И какого удовольствия – тонкого, чуть покалывающего иголочками в районе солнечного сплетения, исключительно приятного и глазу тоже – внешний облик принца на вкус платины был совершенно без изъянов.
- Эти Саммах, похоже, не только эмоциональные гурманы… - Фалк слушал сбивчивую речь лейра, совершенно не двигаясь и даже почти затаив дыхание, чтобы не отвлекать того от высказывания и параллельного жестикулирования своих мыслей и эмоций - в своем постоянном движении принц был очень гармоничен. Пока платина держал руки Зейдара в своих, он не пропустил ни малейшей реакции его тела на свои слова, но и выпустив, продолжал подмечать все невербальные проявления пылкой натуры.
- Тебя раздирают на части противоречия, Зейдар... Ты понимаешь, что должен ненавидеть меня, ибо так ведут себя рабы по отношению к хозяевам в твоем мире - и одновременно я нравлюсь тебе. Ты сам этого еще не понял, а уж когда ты это сможешь принять, даже Саммах неизвестно. Но когда-то тебе придется это сделать, - Фалк не изменил своей позы и смотрел на лейра сбоку, - Ты - тали, Зейдар, но ты сильный тали, и твоя сущность ждет такого харза, который будет превосходить тебя этой силой. Сейчас тебе кажется кощунственным видеть во мне нечто подобное, но... Ты придешь к этой мысли.
Бло всегда четко раскладывал происходящее на составляющие, независимо от того, в его ли это было пользу, или нет. Вот и сейчас он ясно видел не только метания Зейдара, но и свои собственные мысли и эмоции. Целенаправленное управление воспоминаниями удалось наславу - картины с сиринитом померкли, стали словно бы плоскими и блёклыми - и были отодвинуты на второй план и сложены на хранение.
А вот освободившееся место за эти несколько часов прочно занял лейр. Это существо нравилось Фалку - корректор был честен с собой - и нравилось не только визуально. Лишь стальная выдержка элита удерживала платину от более ярких проявлений своих чувств и желаний, именно поэтому заставляя принца называть его "ледяным вальбоном". Но Бло весьма красочно представлял в уме, как он мог бы обнять лейра за плечи, притянуть его к себе, прижавшись грудью к его теплой спине, запустить руки в его блестящую черную гриву, пропуская ее сквозь свои пальцы и любуясь контрастом с бледной кожей - и одновременно обнажая эту точку в самом начале шеи... К которой так тянет прижаться губами и начать исследовать ими каждый шейный позвонок, помогая ещё и языком...
- Не время, принц... Еще не время мне узнать вкус и мягкость твоей кожи... Но когда-нибудь и ты этого захочешь. И тебе будет все равно, правильно это или нет, соответствует ли это Закону, и должно ли так было вообще случиться... Ты хочешь, чтобы я жил - и это косвенно говорит уже о твоих чувствах. Более того, тебе важно, чтобы я от тебя не отвернулся - и ты пытаешься предупредить меня против самого себя же... Не понимая еще, что я вижу тебя глубже и четче… и дальше. И не зная, что многие элиты почти бессмертны.
Фалк Бло совершенно не был ханжой, считая это понятие не просто недостойным, а абсолютно несовместимым с сущностью «элита». И поэтому никогда не скрывал, что в своих многочисленных командировках по вселенной ему приходилось бывать во многих борделях, да и не борделях тоже – идеальных сыновей Юпитер без внимания не оставляли нигде. А поскольку эмоциональный блок нейрокорректоров был самым насыщенным в линейке элитов, то и секс Фалку нравился. К тому же, все гуманоиды именно при этом занятии проявляли самые выразительные и сокровенные эмоции – что подпитывало  уже профессиональный интерес корректора. Пожалуй, схожим образом они вели себя еще в гневе, но… секс всё же привлекал платину больше, телесное удовольствие он тоже любил. Для него не было особой разницы, находился с ним мужской или женский индивид – в общении и с теми и с другими он находил свою толику прелести. Но где-то глубоко внутри Бло начинал замечать у себя мысли, что сильные и тренированные тела мужских особей, особенно воинов, вызывали у него всё же больший восторг.
Только на Амои Фалк впадал в некую сексуальную спячку – петов в качестве объектов этих своих желаний он не рассматривал никогда, они ассоциировались у него с искусственными (чтобы не сказать резиновыми) куклами, пусть и весьма «идентичными натуральному», братьев элитов – тоже, но по другой причине. Граждане, туристы – фи, это скучно и мимолетно.
А вот появившийся лейр ни под одну из вышеозначенных категорий не подпадал… И этим сразу привлек внимание господина Бло. А уж когда волею богов тот стал вдруг его собственностью…
Корректор мягко прошелся пальцами по панели управления, убрав все картинки и оставив только мягкую подсветку воды по периметру, выбрав цвет морской волны на солнце – ему казалось, что именно при таком свете Зейдар выглядит для него наиболее привлекательно – что ж, и у элитов есть свои причуды. Идеальное тело лениво изменило позу – Бло чуть откинулся корпусом назад, оперевшись на согнутую в локте руку, и согнул правую ногу в колене. Легкий шелк, как вторая кожа, обтекал изгибы его торса, не скрывая игры мускулов… и обнажая сильные и словно точёные ноги уже довольно высоко, однако скрывая все же то, что так смущало принца. Некая вальяжность позы, правда, совершенно не сбивала элита с мысли.
- Я прекрасно понимаю тебя, Зейдар. И то, что ты хочешь сказать, и то, что ты чувствуешь.
- И даже то, что ты еще не осознал…
- И я могу тебе пообещать, что буду рядом или недалеко от тебя, принц, пока наши ученые будут исследовать твое тело. И пообещаю так же, - Фалк снова тепло улыбнулся, хоть и заметил уже, как тревожит порой его улыбка юного лейра, - что не приму всерьёз твоё желание меня убить.
- Я даже посчитаю, сколько раз оно у тебя возникнет, ибо парой-тройкой попыток дело точно не ограничится, я-то наших генетиков-биологов знаю…
- Я действительно помогу тебе сдержать эмоции, Зейдар, ведь теперь ты – мой ойран, и я должен заботиться о тебе. Это испытание просто нужно пережить, принц. В нём нет ничего страшного или опасного, тебе придётся только потерпеть пристальное внимание к твоему…организму, но ты ведь теперь знаешь, что я буду рядом.
Фалк немного увеличил паузу перед словом «организм», потому что заменил им слова «обнаженное тело». Пусть пока лейр не догадывается об этом – а то с его природной застенчивостью он будет вне себя и предстоящие до исследования два дня. А так вскипит уже только на месте событий – но и остынет быстрее. А чтобы совсем скрыть эту свою хитрость и переключить внимание юноши на другое, Бло, словно в раздумии, взялся изящными пальцами за свой шелковый пояс, пропуская его между ними, как экзотическую змейку.
- Но это всё случится только через два дня, принц. А пока можно расслабиться и отдохнуть. Кстати, ты не хочешь еще раз поплавать перед сном? – пальцы настойчиво теребили пояс, явно показывая, что собираются вот-вот потянуть его – и тогда тело платины вновь предстанет обнаженным, ведь кроме пояса, тонкий шёлк более ничего не удерживало, - Сам же говорил, что вода успокаивает и смывает все тревоги, Зейдар.
- Ммм… и хорошо, что мы тут одни и сейчас глубокая ночь… Я много чего обещал тебе, принц, но вдруг ты и правда согласишься еще раз поплавать обнаженным?..

+1

34

Испытание. Боги посылали ему испытание. Снова. Даже узнав все причины их решения, Зейдар не мог обесценить их влияния. Они не вмешивались более в его жизнь, поручив свою волю Фалку Бло. Но лейры, как и гайры, были так тесно и мощно связаны с их богами, что просто не могли бы стать атеистами. Потому, как бы не убеждал себя Зейдар, что боги оставили его Фалку, это не срабатывало. Взять хотя бы яркий сон, что пробудил его. Возможно, что именно сон - причина его сомнений в себе. Важно было рассказать белогривому это всё. Кто знает, быть может у него есть иные соображения, как у того, кто создан не руками Саммах.
Элит был совершенен внешне, безупречен в том, как двигался, имел идеальное стройное и сильное тело, а его высокий рост невольно заставлял задерживать дыхание при его приближении. Это в Лейрате у Зейдара было преимущество перед лейрами - он мог смотреть им прямо в лицо, не поднимая головы. Здесь его это тоже не останавливало, но голову всё же приходилось держать выше, каждую секунду осознавая, насколько высок белоснежный. По сравнению с ним все гайры были слишком уродливы, как перворожденные. Ему же доставляло удовольствие видеть рядом с собой Фалка Бло. С тех пор, как тот нашёл его в Кересе, он неизменно был рядом, помогал ему и ни разу не солгал, что редко свойственно перворожденным. И всё то тёплое весьма впечатлило принца и сохранилось до того самого момента, как Боги решили его судьбу, сделав именно Фалка его хозяином. Возможно, что они просто хохотали, наблюдая за его метаниями, или снова испытывали его упрямство на прочность. Поступит ли он по Закону в этот раз, или же нет? Смирится и будет покорен, или же рискнёт исполнить букву Закона, находясь в чужой земле один? И что будет, если рискнёт? Что будет, если он вонзит нож в сердце белоснежного, пока тот спит? Кому тогда будет нужна его свобода и что это ему даст? Желанную смерть от руки братьев белоснежного? Думая так, принц невольно сжимал кулаки, понимая, насколько крепко загнали его в угол  Саммах. Он не боялся умереть, но что на самом деле боги хотят от него? Он преступает Закон, даже просто говоря своему господину о том, что не хочет убивать его. Это логично, ведь кому захочется уничтожать человека, помогавшего ему ранее во многом? А вот ощущать, как от его прикосновений по рукам расползается тепло, видеть его лицо перед собой, его глубокие серо-синие глаза, светлые и так мягко мерцающие в полу-мраке марева иллюминации воды...
Что с ним не так?
- Я прекрасно понимаю тебя, Зейдар. И то, что ты хочешь сказать, и то, что ты чувствуешь.
Аррр! Ты понимаешь, гайр?! А я не понимаю! Я запутался!
Юноша шумно выдохнул, прикрывая глаза, словно сдаваясь на волю своих чувств. Чуть скосил взгляд, видя, как белоснежный меняет позу, полу-лёжа на краю.
- И я могу тебе пообещать, что буду рядом или недалеко от тебя, принц, пока наши ученые будут исследовать твое тело. И пообещаю так же... что не приму всерьёз твоё желание меня убить.
Принц нервно дёрнул ногой, поддевая кончиками пальцев прозрачную гладь воды и брызги разлетелись, падая крошечным дождём и рождая круги.
И элит снова улыбнулся, словно это прозвучало, как шутка. Может быть убить его и в самом деле трудно, тут Зейдар не желал спорить. У Фалка была отличная реакция и вряд ли он пропустит удар, направленный на него лицом к лицу. Принц не знал этого точно и проверить не мог, потому что тот же гайр отобрал его оружие, чёртов вальбон. Как бы его не волновали нынешние сомнения, он всё же немного успокоился. Фалк будет рядом, а значит он сможет проклинать его, если что-то будет слишком... каким?.. Страшным? Это вряд ли. Сам же Платина продолжал говорить, что эти исследования станут безопасными, не причинят вреда. Но пристальное, обещанное внимание учёных, его всё же неприятно настораживало. Он не знал чем, ибо ни разу не был в подобной ситуации, не считая лекарей. Он никогда не занимался исследованием живых существ, а потому понятия не имел, что там будет и как. И его это беспокоило пока не так уж и сильно, в сравнении с тем, что он испытывал, глядя на белоснежного. Но Фалк был единственной нитью, связывающей его с новым миром и он, как любой живой человек, просто боялся потерять эту связь, пока не нашёл другие нити. Он ещё не принял Рона, как вторую нить, пока нет. Рон воспринимался Зейдаром только как слуга и, пока, никак не мог бы стать равным ему. А значит и сердце ему открывать было невозможно. Особенно в отношении беловолосого, которого Рон воспринимал, как личное. Вряд ли он готов услышать о том, как лейр ненавидит его хозяина за его провокации и за печать на запястье. Нет, положиться на Рона он никак не мог. Не в этом случае.
Поэтому обещание Фалка быть рядом или поблизости успокаивало гораздо сильнее, не смотря на то, что возможно Зейдар ещё не раз проклянёт его перед лицом других учёных. Такое ведь вполне может быть? Что бы там с ним не сделали, он переживёт это, как обещал. Кстати, как-то быстро белогривый ввернул своё желание на этот счёт? Может стоит всё же беспокоиться посильнее об этих учёных?
Принц подозрительно глянул на белогривого, но тот внезапно взялся за свой пояс и... Его халат и так слишком многое открывал, а особенно после того, как тот прошёлся в темноте вообще без него... Зейдар невольно сглотнул и замер взглядом на его пальцах, теребящих пояс.
- Но это всё случится только через два дня, принц. А пока можно расслабиться и отдохнуть. Кстати, ты не хочешь еще раз поплавать перед сном?
Голым?! Нет-нет, не трогай пояс, гайр, ради всех богов!
Щёки неумолимо залил румянец и лицу стало невыносимо жарко. Фалк держал пояс в руке, явно собираясь снимать с себя халат.
- Сам же говорил, что вода успокаивает и смывает все тревоги, Зейдар.
Юноша медленно поднял голову, коротко выдохнул, быстро поднялся на ноги, мягко и изящно развернувшись спиной к элиту и касаясь тыльной стороной ладони пылающей скулы. Постоял немного, чтобы собрать силу воли и твёрдо произнести то, что должно было скрыть его стыдливость.
- Ты успокоил меня, гайр. Я не испытываю более тревоги, а потому вернусь в свои покои сейчас же.
Он не оборачивался, просто сделал пару шагов в темноту в сторону выхода. Остановился на мгновение, чтобы добавить:
- Я постараюсь поспать ещё немного, чтобы утро не застало меня уставшим от этой ночи и тебе желаю того же, белоснежный.
Благодарю тебя за всё, что ты согласился сделать, ещё раз. Смотри не засни в воде снова. Ещё раз я не спущусь сюда, чтобы разбудить тебя. Никаких ударов в гонг!

А затем он быстро направился к лестнице, держа спину прямой до тех пор, пока не завернул к дверям. Оттуда он уже опрометью побежал к холлу и по лестнице наверх, чтобы белоснежный не успел его окликнуть.

Сердце всё ещё быстро стучало в груди от бега. Не снимая халата, выданного ему Фалком, юноша забрался на кровать, задёрнув синий полог и упал в подушки спиной, раскинув руки. Лицо всё ещё пылало, и он представил себе, как мужчина развязывает синий пояс и как обнажается его молочная кожа и мускулы живота под ней, а ниже...
Зейдар схватил рукой маленькую подушку, сжал её и впечатал её в своё горящее лицо, маша второй рукой над собой, словно именно так можно прогнать внезапно разыгравшуюся фантазию.
- Ты начинаешь видеть в нём харза, принц... Что ещё может быть хуже этого?! Саммах эль Саммах!
Молитва должна была очистить его помыслы и голову, и он стал молиться, откинув подушку прочь, и крепко закрыв глаза, повторяя про себя каждое слово молитвы очищения. На тридцатом повторении он успокоился и через несколько минут полной тишины в своей голове уже крепко спал...

Отредактировано Зейдар (2017-03-18 16:48:13)

+1

35

Мужчина развязывал синий пояс очень медленно. Бледные пальцы тянули шёлк с таким расчетом, чтобы вскочивший принц предсказуемо успел повернуться спиной. "Вдруг" не случилось, и как Фалку не хотелось ускорить события, торопиться всё же не стоило. Стальные глаза мягко оглаживали спину Зейдара, любуясь лишь его блестящей гривой и стройными икрами - что ж, сегодня корректор потешит только свое зрение.
- Ты покраснел, принц... Интересно, ты прекратишь смущаться когда-нибудь или так и будешь вспыхивать до самого конца... и даже дальше?
- Ты успокоил меня, гайр. Я не испытываю более тревоги, а потому вернусь в свои покои сейчас же. 
- А ты лукавишь, лейр. Я не успокоил тебя, я тебя смутил - и теперь ты тревожишься именно поэтому.
Две части синего пояса мягко скользнули по бокам идеального тела, вместе с полами халата обнажая бледную кожу, рельефные мускулы живота и идеальный размер той части тела ниже, один намёк на которую беспроигрышно заставлял лейра краснеть.
- Хорошо, Зейдар, - Фалк не собирался удерживать юношу - действительно, хватит тому уже на сегодня переживаний - он же не монстр какой, хоть и получил прозвище "вальбон". О, надо будет при случае рассказать принцу про Ваджру, наверняка ему понравится.
- Я постараюсь поспать ещё немного, чтобы утро не застало меня уставшим от этой ночи и тебе желаю того же, белоснежный. Благодарю тебя за всё, что ты согласился сделать, ещё раз. Смотри не засни в воде снова. Ещё раз я не спущусь сюда, чтобы разбудить тебя. Никаких ударов в гонг!
- Конечно, Зейдар. Уж второй раз я не пропущу твоего появления в своей спальне!
Бло мог бы побиться об заклад, что как только лейр исчез из зоны прямой видимости, он припустил во все лопатки - жаль, кроме собственного отражения, которому корректор подмигнул, совсем убирая подсветку, в бассейне больше никого не осталось. Платина одним плавным движением поднялся на ноги, оставив легкий шёлк синей кляксой обозначать место, где он только что весьма недурно провел время со своим ойран. Да, теперь именно со своим - Бло лукаво улыбнулся в темноту, делая несколько шагов и задвигая панели.
- Спокойной ночи, Зейдар, - еще несколько шагов до ложа - и уже другой шелк, черный, обнял белое хозяйское тело, - Надеюсь, тебе удастся уснуть второй раз.
Стальные глаза медленно закрылись, и через некоторое время их обладатель спокойно спал, раскинувшись обнаженным поверх простыней - смущение или стыд ни по поводу собственного тела, ни по поводу каких-либо других тел Фалка никогда не посещали.

13 день после взрыва в Дана-Бан.

Утро в особняке корректора пошло по заведенному хозяином порядку и не принесло с собой никаких особых происшествий. Бло, независимо от того, сколько он спал до этого или не спал вовсе, поднялся в обычное время, сделал с десяток кругов в бассейне в качестве утренней разминки – и в отличном расположении духа отправился завтракать в столовую. Там он дал распоряжение Рону разбудить Зейдара на пару часов позже, если тот сам не встанет раньше – при этих словах внешние уголки глаз платины тепло прищурились – умному фурнитуру большего и не надо было, чтобы понять, что ночь для хозяина прошла не в пустую. Так же он получил указание начать знакомить принца с жизнью на Амои – пусть тот начнет с основных понятий:  город, его устройство, правила жизни, основное население, его структура и права каждой группы. Разумеется, всё это должно сопровождаться подробными видеоматериалами, чтобы лейр точно себе представлял, о чем или о ком идет речь. Про Юпитер Фалк сказал не упоминать, ойрану знать про неё ни к чему, для него высшие правители Амои – тринадцать Блонди. А вот их Зейдар должен знать в лицо и четко представлять, кто и чем занимается. После общего знакомства должно было начаться знакомство более детальное – правила, распорядки, запреты – в общем, скучать лейру явно не придется, в ближайшее время уж точно.
Раздав исчерпывающие указания, нейрокорректор отбыл по делам. Сначала он заехал в Эос, к лучшему ювелиру, где пробыл с полчаса и оставил тому срочный заказ на бриллиантовую каплю, которая будет отныне обозначать статус ойрана на Амои, на пару массивных браслетов из серебра, на каждый день, и на комплект браслетов побогаче – на выход, ведь всякое может случиться, и принц должен выглядеть достойно среди всех этих многочисленных петов. И не просто выглядеть – а превосходить их всё же в статусе. Рисунок на выходных браслетах Фалк давно уже прикинул – ему не составило труда, используя свой допуск, выудить из архива Кииры фото Зейдара в бассейне в первый день, то, где родовая татуировка на спине лейра была видна во всей красе. Рисунок на парадном комплекте украшений должен был повторять именно её. И камни Бло тоже уже определил – изумруды редкого оттенка, под цвет глаз принца – а как же, по негласным правилам парадное украшение должно сверкать, рагон бы побрал этих клептоманов-петов.
От ювелира, который рассыпался в заверениях, что к вечеру всё будет непременно готово – еще бы, за срочность Фалк пообещал отвалить ему приличный куш – платина отправился в свою лабораторию в Киире.
Отчеты сотрудников, коих он загрузил работой по самую их элитную маковку еще вчера, прежде чем отправиться в гостевые апартаменты за юным лейром, текущие дела, собственные обещанные отчеты Раулю по сириниту, планы, проекты, – заместителю главного нейрокорректора Амои скучать тоже не пришлось, пусть не обижается на него Зейдар, оставленный в особняке на попечительство Рона.
Да еще и какое-то посольство с неведомой пока Аканы прибыло на Амои за время их отсутствия. Фалка это пока напрямую не касалось, с ними разбирался Департамент Гриффита Уоллеса, но кто знает… Светло-серая бровь нейрокорректора подозрительно выгнулась, пока он размышлял над этой новостью. Жизнь дзинкотаев  вдруг стала абсолютно непредсказуемой для самих же дзинкотаев – а вот это уже добавляло головной боли непосредственно самому Бло и его Департаменту – психологический комфорт и адекватность  братьев-элитов были полностью в его ведении.
Где-то уже ближе к вечеру от ювелира пришло сообщение, что заказ будет готов точно в срок, и были присланы образцы браслетов, которые имелись в наличии на Амои.
Эту пару Фалк выделил сразу – массивные, но не тяжелые, серебряные браслеты старинной работы – только воин был способен оценить их прелесть, ибо они были сплошными и могли еще и защитить запястья от случайного удара режущим оружием. И ширина их была подходящей – ненавистная лейру печать под ними была бы совершенно не видна. Корректор улыбнулся – замысловатый цветочно-звериный орнамент тоже должен был прийтись принцу по вкусу. Бло отправил подтверждение именно на эту пару и дал мастеру указание подогнать их точно по размеру запястий Зейдара, необходимые тому данные он оставил еще утром.
Потом Бло самолично отправил в Департамент Консула Зави заказ на изготовление стандартного идентификационного чипа для новоутвержденного статуса ойрана и распоряжение доставить оный к определенному ювелиру – тот должен был по правилам предусмотреть для него место в креплении изящной бриллиантовой подвески. Программированием чипа так же занимался Департамент Зави – но тут пока все было стандартно и в соответствии с утвержденным вчера и.о. Первого Консула обоснованием. Если впоследствии потребуется внести изменения в допуски – это уже пойдет отдельными корректировками, а пока принцу и этого было достаточно. К тому же, с Фалком он вообще мог пройти туда, куда пожелает его «наставник», разумеется, под полную ответственность последнего.
А вот оставшийся до поездки к ювелиру час Бло провел в спортивном комплексе Кииры, у лучшего мастера по фехтованию на различном холодном оружии. Пришла в голову корректору одна идея, но для ее реализации имеющиеся теоретические знания следовало освежить практическими занятиями. От него Фалк сразу поехал в Эос к ювелиру, придирчиво осмотрел заказ, но остался весьма доволен - не зря всё же этот гражданин, кстати, выходец с Терры во втором поколении, считался лучшим среди ювелиров Эоса, обслуживающих элиту - работа была безупречной, и были учтены не только устные пожелания платины, но и его возможные последующие замечания. Придраться было не к чему, Бло расплатился и получил свои три коробочки - маленькую белого бархата, с бриллиантовой каплей-чипом, побольше синего бархата, где лежала пара серебряных браслетов и самую большую зеленого бархата, с парадным комплектом украшений.
Довольный корректор загадочно улыбался всю дорогу до особняка, попутно просматривая по комму, что там Рон успел показать Зейдару, и краем глаза поглядывая на разноцветную пирамиду из бархатных коробочек на сидении рядом. Он так и подхватил их, приземлившись у крыльца, легко удерживая в равновесии одной рукой, пока другой снимал плащ и кидал его на руки дрону - по заведенной им самим традиции Рону было не обязательно встречать его у дверей особняка, если он был занят в другом месте. С плащом вполне мог справиться и дрон, а вот фурнитур должен был находиться в комнате лейра.

Комната Зейдара

http://sg.uploads.ru/Aj72I.jpg

Туда Фалк прямиком и направился, шагая по лестнице через две ступеньки. Открыл по-хозяйски дверь одной рукой, в другой по-прежнему продолжая держать трехцветную пирамиду из коробочек.
- Добрый вечер, Зейдар, - серые глаза сходу оценили картину, открывшуюся ему в комнате, - на сегодня твои мучения закончены. Можешь пожаловаться мне на всех и вся, - Бло целенаправленно пошел к большому черному креслу у стола.
- А заодно и задать вопросы, если что-то из услышанной тобой сегодня информации осталось тебе не понятным.

+1

36

13 день после взрыва в Дана-Бан.

Утром его разбудил Рон. Едва заслышав его голос в спальне, принц подскочил на кровати, привычно хватаясь за воздух вместо меча. Он ещё не до конца проснулся, а потому резко отбросил полог, вглядываясь в полу-склонённую фигуру фурнитура. Если утро и бывало добрым, как утверждал это слуга, то оно уже явно прошло. По ощущениям было где-то около десяти, а так долго спать Зейдар не привык. Привычка вставать около шести его подвела сегодня и не иначе как потому, что ночь он провёл в бодрствовании и тревоге. Рон сообщил, что белоснежный раздал указания на его счёт и Зейдар успокоился. Значит нет необходимости сейчас спускаться к столу, снова видеть белоснежного, прекрасно помня обо всём, что случилось ночью. Они говорили, у них договор, на этом пока всё. Указание показать ему устройство Амои было несомненно важнее его личных тревог на счёт белогривого гайра.
Одевшись и умыв лицо, приведя себя в порядок за двадцать минут, юноша вернулся в комнату, ожидая завтрак. Он понемногу привыкал к той пище, которой питались амойцы и уже не вёл себя, как дикарь, впервые пробующий яблоко. Некоторые фрукты всё ещё удивляли его своим вкусом, а блюда - своей странностью. У них был вкус ярче, чем у тех, которые он ел в Лейрате. Возможно, что причиной были какие-то приправы, которых не существовало в его мире. Зейдар не знал наверняка, но ему хотелось так думать. Несомненный плюс в его жизни. Теперь он считал эти плюсы, надеясь, что они перевесят чашу весом с минусами. Не отменят вовсе, но перевесят в итоге. Он напоминал себе, что мог быть лишён вкусной еды, стань он рабом в Гайрате. Обычно так не делали, но упрямство редко кто способен терпеть долго, даже если речь идёт о лейре.
После завтрака Рон приступил к своим непосредственным обязанностям - обучению. Снова был включен экран и снова картинки стали оживать перед его взором. Зейдар смотрел и слушал. Что-то он уже знал, а кое-что для него было в новинку. В частности он не понимал, почему монгрелов исключили из списка граждан. Региональные территории были строго поделены между слоями населения, но существовал Гардиан, где рождались новые монгрелы, не нужные ни для чего, кроме как стать слугами. Но рождались они в большем количестве, чем было необходимо. Очевидно механизм, рождающий гайров на этой территории, основательно заклинило и почему его до сих не починили - было неясно. Не могли? Не умели? Озлобленное поколение ненужных никому детей превращалось в монгрелов. Отбор в слуги был жёстким, этих гайров кастрировали, и Рон тоже был лишён жезла удовольствий. С точки зрения Зейдара это было варварством и глупостью, но видимо тут это имело какой-то смысл. Рона кастрировали рано и прошло уже несколько лет, а его жезл так и не восстановился сам. Это было странно, поэтому Зейдар спрашивал Рона, почему его организм не борется с недостающей частью? В его мире любая ампутация рано или поздно восстанавливала потерю, иногда не в полной мере, если процесс затронул кость, но у жезла нет кости, он должен был отрасти за столько-то лет. Рон терпеливо пояснил, что здесь ампутация конечна. Только целительные машины могли как-то исправить эту ситуацию, но на это должны были быть причины и разрешение от правителей.
Вот что делает отсутствие веры на этой земле. Земля не лечит ничего, всё делают целители.
Как бы странно это не было, он принял это к сведению. Вступать в смертельные схватки здесь оказалось более опасно, чем на его родине. Монгрелам стоило посочувствовать. Остальные регионы не были лишены привилегий посещать целителей и для них не было опасности участвовать в боях. Только они были мирными жителями в большинстве. И в Мидасе существовал некий союз, призванный защищать граждан. Союз назывался Полиция. Зейдар запомнил это тоже на всякий случай. Наследование профессий не вызвало у него непонимания. В его мире семейный труд поощрялся, но у каждого лейра был выбор. Здесь же система выбора не оставляла. И по мнению принца это было плохо. Недовольство могло привести к агрессии, но видимо таких случаев было слишком мало, чтобы обрушить эту систему. Потому он не стал предполагать, что может быть, просто принял к сведению. С пэтами было неловко. Он понимал, что эти создания создавались только ради продаж, и понимал, ради чего их покупают и разводят. Но он попросил Рона не повторять всё то, что уже было сказано про них, и уж, упаси боги, не показывать ему снова это. Существовало место, где пэты содержались, оно называлось Апатия. Рон лишь слегка коснулся темы отсутствия интеллекта у них и рассказал о рисунках на дверях в местах их пребывания. Кажется Зейдар даже видел несколько таких знаков, и попросил Рона дать ему порядок этих знаков. К сожалению принца, надписи он прочесть не мог, и надеялся хотя бы так сориентироваться, случись что в том месте, где бывают эти создания. Рон сказал, что расскажет ему всё о знаках и на час принц просто погрузился в их изучение, сверяясь с фурнитуром о верности цели их предназначения.

С едой, питьём, местами отхожими и явными очевидностями проблем не возникло, с направлениями и стоп-знаками он тоже справился довольно быстро. Рон поделился своим знанием о том, что для пэта эти знаки в разы сложнее запомнить, чем...
Впрочем, он мог бы и не продолжать. Может лейр и был дикарём на Амои, но с запоминанием у него пока проблем не было. Информации было много и к обеду принц уже устал. Он прекратил занятия. Ещё один плюс был в том, что он имел право остановить Рона. У фурнитура было задание и Зейдар не собирался его подставлять. Просто хотел немного времени на еду. Небольшая экскурсия по дому пошла ему на пользу. Рон терпеливо объяснял, почему не стоит лупить дроидов, если они двигаются. Терпеливо объяснял, как устроен здесь свет. Объяснял откуда течёт вода. Объяснял, как машина-кар может лететь. Объяснял зачем нужны железные палки и кольца в зале тренажёров. Объяснял, зачем цветы посажены в горшки. Объяснял, зачем в особняке столько комнат. Объяснял, что такое спрей и что такое кнопка, и как они действуют. А потом они снова вернулись в комнату и время двигалось к вечеру. Зейдар слушал о правителях, пытаясь запомнить много новых слов. В итоге слова просто перемешались в голове, но остались какие-то понятия о цели этих слов и это раздражало. До правил поведения они не дошли, застопорившись на сложных именах тринадцати консулов, которые Зейдар повторял снова и снова, пытаясь каждому прикрепить то, чем они занимаются. Двоих он видел лично - Леон Клер - культурные традиции, Маркус Джейд - торговля и казна. С остальными было не так гладко. Ясон Минк - дипломатия, первый консул, Рауль Ам - второй, генетика, создания пэтов, Хайне Салас - безопасность, войска, Хьюберт Бома - погода, Зильберт  Домина - снова безопасность? Зейдар не был уверен. Аиша Розен. Принц забыл, чем он занимается. Орфей Зави - правитель Мидаса? Гидеон Лагат - ещё один, кого принц забыл. Арр... Руфиас Дин - кто такой? Гриффит  Уоллес - снова что-то связанное с безопасностью и войсками... Зиг Белл?
Хвост шазза мне в рот, да что ж это такое-то!
Пора было сделать стоп, потому что мозг уже закипал, а природная ярость от собственного бессилия была уже на подходе. Наступали сумерки, а он, словно глупый пэт, всё ещё пытался вспомнить меру ответственности консулов. Он с трудом запомнил цветовые различия между элитами. Его хозяин стоял на второй ступени за златогривыми и назывался Платиной, но были ещё Ониксы, Сапфиры, Руби... и эту градацию было запомнить легче, ибо все они, словно драгоценные камни на одной тарелке. Он почти что запомнил имена 13-ти, запомнил, как они выглядят, но их деятельность постоянно путалась меж собой. И принц готов был закипеть.
- Хватит! Ты повторил мне пять раз и я не смог запомнить это. Это недостойно правителя, но тебе придётся нарисовать мне что-то, чтобы я перестал путать этих тринадцать, ибо написать их деяния ты не сможешь! Просто оставь!
Зейдар сбил рукой с досады пластиковую корзинку с фруктами со стола и порывисто отошёл к окну, растирая виски ладонями.
И в этот момент дверь распахнулась и в комнату вошёл Фалк Бло. Зейдар резко развернулся ко входу, пронзая беловолосого своим потемневшим взглядом. Рон тут же склонился в должностном поклоне, а принц наоборот, высоко поднял голову, сдержавшись от желания крушить и убивать вот прям счас. Нужно было держать себя в руках.
Явился, причина моего бесконечного позора...
- Добрый вечер, Зейдар,  на сегодня твои мучения закончены. Можешь пожаловаться мне на всех и вся. - причина позора быстро оценила ситуацию, раскатившиеся по ковру фрукты, напряжённое лицо лейра. Да и сам лейр не остался в долгу, раздражённый своей усталостью и постоянными попытками сложить в голове то, что уже не утрамбовывалось ни в какую.
Тонко подмечено, гайр.
- А заодно и задать вопросы, если что-то из услышанной тобой сегодня информации осталось тебе не понятным.

Зейдар скользнул взглядом по фигуре Платины, медленно выдохнув. Стоило признать, что он не справляется с количеством нового, как бы ни было это неприятно.
- Имена консулов. Твой ойран слишком глуп, чтобы запомнить, кто из них что делает на этой земле. Рон мне объяснял, повторял, был настойчив, это не его вина. Но раз уж ты предлагаешь - помоги своему слуге нарисовать мне картинки, как пэту, чтобы я не путал Зильберта Домину, Хайне Саласа и как его?... А да! Гриффит Уоллес. А ещё Гидеон Лагат. И этот... который Зиг Белл. И Аиша Розен. Я запомнил имена и лица, но я больше не могу путаться в их власти. И это сводит меня с ума! - принц подкреплял свою речь жестами, и шумно выдохнул в конце, обрисовывая то, что его раздражало.
- Я сказал Рону остановить это всё, потому что не в состоянии запомнить простейшие и важнейшие вещи сейчас.
Он быстро взмахнул руками и скрестил их на груди.
- Твой ойран глуп, как пэт! И это меня злит.

Отредактировано Зейдар (Вчера 17:22:44)

+1


Вы здесь » Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы » Апатия » Особняк Фалка Бло