Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы

Объявление



Время: 315 год Эры Юпитер, четырнадцатые сутки после взрыва в Дана-Бан.
Утро-день-вечер-ночь.

Погода: переменная облачность, ветер.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Сарабанда

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Время действия: восемнадцатый день после взрыва в Дана-Бан.
Место действия: Амой, Танагура, Парфия, один из залов приёмов.
Действующие лица: Маэдо Сора, Рауль Ам, Ясон Минк, Гриффит Уоллес, Орфей Зави, Зиг Белл, Леон Клэр, Фалк Бло, Зейдар.

0

2

http://s9.uploads.ru/94cLA.jpg

0

3

Вот и настали они, те дни, во время которых Гриффит забывал, когда спал последний раз. И речь, конечно, не о полноценном отдыхе хотя бы в шесть часов, а о поддерживающем тело и разум, продолжительностью в пятнадцать-двадцать минут. Хотя то, что дзинкотай не сохранил эту информацию, ещё не было тревожным знаком. Нет, с его мозгом и мыслительными процессами всё было в порядке - он просто не тратил ресурсы на лишнюю шелуху. Зачем, если нужных, срочных, горящих, жизненно важных данных было хоть зашейся, и будь Консулы людьми, всё давно пошло бы прахом, потому что человек с такой нагрузкой не справится никогда. Только если мощный процессор в голову вставит. Но эта форма жизни тогда уже по-другому будет называться.
   Подобные мысли буферами мелькали между блоками того массива информации, что ворочался в сознании главы Департамента разведки, и давали возможность сделать отвлекающую паузу, прежде чем перейти к следующей задаче. Как сейчас, например, и задача эта была архиважной: безопасность всего Синдиката сразу, собравшегося в одном помещении. Конечно, о паранойе Уоллеса по всей Танагуре анекдоты гуляли, там, за пределами Золотой Чёртовой Дюжины, но главному их герою всегда было некогда обращать внимание на подобный факт. Хотя он бы с удовольствием это сделал, ибо тогда это значило бы: все его опасения беспочвенны. Увы, они такими не являлись ни разу с того самого момента, как нынешний Гриффит открыл глаза. И сейчас у них – опасений - появилось как никогда весомое обоснование, в честь, которого, кстати, сегодняшний приём и был организован. Посольство с Аканы.
   Департамент Двенадцатого консула потрудился на славу и смог раскопать такую информацию о прибывших, что даже среди осведомлённых организаций Федерации такой манёвр посчитали бы фантастикой и выдумкой. Но амойские разведчики в фантики не играли, а рыли, как промышленные бульдозеры, не задумываясь о том, что по силам сделать разумному существу, а что нет. И то, что они в итоге добыли в обход официальных каналов данных, настолько сильно не понравилось их начальнику, что вот это и казалось фантастикой: как говорится, куда уж больше-то в свете последних событий на планете? Оказалось, что есть куда.
   Именно поэтому за безопасность сегодняшнего приёма Тигр Танагуры взялся лично и ради этого даже столкнулся лбами с Орфеем, в чьей юрисдикции это, вообще-то, и находилось. Понятное дело, что тому не хотелось делить свою вотчину с одним из братьев, ибо силовики всегда не испытывали радости, когда кто-то из смежных служб лез в их работу и наводил там свой собственный порядок – но когда у Главы департамента контрразведки случались мощнейшие приступы паранойи, его проще было ликвидировать, чем переубедить. А Синдикат сейчас не в том положении, чтобы настолько бездумно расходовать идеальные создания Юпитер. Так и пришлось двум службам браться за дело вместе. Уоллес настоял на том, чтобы весь обслуживающий персонал был заменён на сотрудников спецслужб, дабы в момент возможной опасности те могли сработать грамотно и правильно; чтобы охранные системы были проверены и перепроверены, а ещё и усилены; чтобы за представителями планеты, вышедшей на контакт, следили, не сводя глаз и записывающей техники – и ещё многое-многое. В конце концов боевое звено в качестве посольства – это уже не шуточки. …да и вообще какие шутки после всего, что случилось на Амои, а частично - и за её пределами…
   Жёлто-зелёные глаза Двенадцатого консула, явившегося на приём раньше всех, сканировали помещение зала, дабы выявить возможные недочёты или откровенные промахи в организации безопасности, а заодно внимательно изучали каждого, кто здесь появлялся, дабы выявить диверсантов своим тигриным чутьём - но, несмотря на его внутреннее состояние, выглядел он безукоризненно, как и положено блонди. Белый консульский костюм и полный комплект статусов отличия вместе с ним, даже волосы, обычно на работе собираемые на затылке в узел, и то распущены, свободно укрывают хозяина до середины спины, а на лице безмятежное выражение, мягкий взгляд из-под ресниц и привычная, едва заметная улыбка на губах. Никто бы из дзинкотаев не мог сейчас сказать, что творится в голове Гриффита – если только его собственный зам, - про прочих же и говорить не приходится.

+5

4

Ее знаний было удручающе мало, чтобы понять, что значит прием для жителей Амои и дзинкотаев в первую очередь. С широты своего профиля она понимала его, как... хм, назовем это презентацией. Проверкой. Еще одной из десятков, что были и сотен тех, что будут. Их взвесят и оценят, сочтут пригодными или же... У нее не было иллюзий по поводу того, что будет, если чаша весов склонится ко второму «или», только твердое знание: своих людей она постарается вернуть на Акану, чего бы ей этого ни стоило. Свой собственный расклад она рассмотрит лишь после того, как все шестеро войдут в родную Сеть, не раньше. Бесчестные способы – тоже способы, тем более, что на Акане и Амои это понятие разнится до неузнаваемости.
Нет, – она покачала головой, когда Тайра поднес ей расшитый белым и жемчугом оби для вечернего наряда. Телохранитель словно беспокоился не о дипломатическом облике посла, должного быть представленным широкой публике  по всем канонам творцов, а о ее чести. Опять это слово, всплывающее за день уже не в первый раз, – Другое.
Она указала на безликий черный чехол – грязное пятно среди белой обстановки апартаментов, что им выделили как временное пристанище, и мужчина послушно принес его. На лице ни один мускул не дрогнул, только наклон головы поменялся. Будь она в Сети, аналитические приложения с легкостью бы выдали до сотни признаков изменения состояния, однако, если быть честной, ей на это сейчас было наплевать. Тайра мог думать и иметь свое мнение сколько угодно, но пока не он отвечает головой за свою и другие жизни – он будет молчать. Она хочет, чтобы он молчал.
Платье ему, разумеется, не понравилось. Белый, вышитый белыми же кристаллами наряд был слишком... амойским. Слишком открытым. Слишком в традициях дзинкотаев. И тем не менее, цвет сословия творцов она неизменно сохранила, обозначив свой статус достаточно четко. В комплект шла столь же сложноодеваемая обувь на высоких каблуках, делавшая женщину привычного многим, среднего роста, почти вровень с мужчинами из свиты. И тем не менее, Сора не была похожа на жительницу Амои, вырядись она хоть во все тряпки по местной моде. Это было тем необходимым фактом, который стоило подчеркивать.
Нас будут рассматривать, словно мы опасный вирус. По их мнению, мы и есть опасный вирус, – пела она, застегивая каждую пуговицу и крючок, – Не стоит мешать им думать о нас так, как им хочется, если это успокаивает блонди и все сообщество. Хоть мы и не напугать их прибыли, без этого не обойдется. Дзинкотаи не способны испытывать страх в прямом понимании этого чувства, но близко к тому, я полагаю. Их аналитические процессы расценивают нашу рентабельность, сопоставляя со старой системой, и находят перевес не в нашу сторону, быть может. Но проблема в том, что система устарела и мешает им развиваться дальше. Наша задача – оценить, насколько запущен процесс. И на основе полученных данных – целесообразность миссии. Мы же не Федерация какая-нибудь, чтобы наставлять на новый путь развития силой?
Тайре не нравилось, что она рассуждает не только категориями творцов, но и по-варварски, включая в свой мир и это сословие, в обычных условиях не должное даже приближаться к высокородному провайдеру на расстояние трех графических приложений. Она принимала его волнение по этому поводу, равнодушно пожимая плечами: она столько лет жила в изоляции от высокородных, неужто сейчас это должно ее тронуть?
Тайра, – она окликнула его, стоя перед зеркалом и застегивая блестящий пояс под глубоким клином декольте, обнажающим столь же светлую кожу, лишь чуть отличающуюся от ткани платья. Телохранитель замер, с участием проявляя внимание, – Боевая звезда рождается для того, чтобы выполнить миссию, согласно заданным данным. Если по какой-то причине звезда не способна выполнить возложенную на нее задачу, она должна быть уничтожена. Я надеюсь, я выразилась... уместно?
Это была не угроза. Это было напоминание. Только идиот, коим Тайра не был, мог не понимать, что их ждет в случае полного фиаско. И никто не говорил об убийстве. Право слово, есть вещи похуже...

... Наряд был с подвохом. Если в нем стоять, он больше напоминал закрытый балахон с украшениями, не считая выреза на груди, но стоило сделать хоть один шаг – и мелькала молочная кожа в запахе подола, а рукава-крылья летели вокруг облаком ткани и радужного блеска, отраженного от лучей света сверху. Маэдо ничего не смущало: ни фасон, ни случай, ни даже непривычная обувь. Можно сказать, что обувь ей даже нравилась. Свита облачилась в те же цвета, позволив себе лишь темно-фиолетовые полосы на рукавах и строчках воротника. Сами по себе они привлекали внимание, и это было хорошо. Сегодня на виду должны быть в первую очередь они.
Кто бы ни занимался подготовкой и обеспечением мер безопасности, он постарался на славу. Можно даже сказать – перестарался. В голове у Маэдо пронеслась мимолетная мысль, что предположение о «страхе» было не так уж и далеко от истины: это все в их скромную честь наворочено? Она наметанным взглядом сумела выцепить из общего лоска по меньшей мере пять систем слежения, учета и контроля. И это было нелегко. Что же она не видит, страшно подумать.
Не иначе, как сам Консул Гриффит занимался подготовкой. Интересно, – подумала посол и спустилась с лестницы в зал, неспешно прошагивая по расстеленной дорожке, глушащей удары каблуков, давая себя рассмотреть, точно диковинного зверя в клетке. Вот только клетку она и амойцы воспринимали по-разному. Для разных целей.
Она остановилась у панорамного окна, рассматривая виды чужого мира, запоминая каждую линию и отблеск. Для нее это все тоже было в новинку – осознавать, что мир живет не в Сети. Академическая осведомленность и статистика все еще воспринимается как нечто несущественное, когда твои глаза видят, а рецепторы – ощущают, что мир не меняется под твоей воле и процессами приложений и алгоритмов. У тебя нет администраторских прав. Это окружающее довлеет над тобой, а не ты над окружающим. Это было дико. Это завораживало.
Мимо прошел представитель Федерации, раскланявшись с послом Маэдо и высказал глубочайшие сожаления по поводу инцидента с дипломатической нотой. Лично он, разумеется, не в курсе всех деталей, но наслышан. Он, Маэдо Сора, разумеется, принимает сожаления и разделяет их.
Взгляните на это с другой стороны, господин, – она улыбнулась, надеясь, что верно отмерила градус вежливости, – Не этот бы инцидент – и я получила бы аудиенцию у господина чтимого консула Уоллеса Гриффита много позже, чем нам всем бы хотелось. Ничто не пропадает втуне, ничто не остается бесследным.
И почему ее ответ так не понравился федералу? Не иначе, как он не разделял ее восторга от главного СБ-шника Амои.

+4

5

За прошедшую неделю Леон и думать забыл о встрече посла - нашлись другие важные дела. Работа, работа, работа - размеренная жизнь обычного дзинкотая.
Решить все странности, связанные с прибытием посла, он поручил тем, кому сподручнее этим заняться - Гриффиту и его департаменту.
Но в один прекрасный день, среди вороха полученной почты, которую он лениво перебирал, потягивая кофе, после того как разобрал первые отчеты, он заметил приглашение на прием. Открыв его, выгнул брови - в памяти мгновенно всплыли все подробности.
Кто у нас там устроитель… Гриффит. Интересно, огнеметы понаставит или лазерами обойдется? “ - сыронизировал блонди про себя, принимая приглашение. Давненько он не выходил на приемы, даже пару новых сьютов не выгуляешь никуда.
Посему он закончил пораньше, чтобы привести себя в идеальный порядок - надо же, помимо исполнения своей прямой дипломатической функции, выглядеть на все сто, а то культуролог он или где. Часть дел доделает дома, а оставшиеся - завтра, придя на работу пораньше, да и пока тихо, можно немного расслабиться. Ну и, конечно, нельзя забывать о своих журналистских функциях. Сколько дел, сколько дел…
Ближе к назначенному времени он передал часть дел помощникам, часть переслал на домашний комм и уехал домой. Мартину он позвонил еще из машины, приказав готовить ванну и самую лучшую косметику, а также перетрясти его гардероб и приготовить лучшие сьюты.
Через пятнадцать минут, прибыв домой и скинув на руки фурнитуру плащ и перчатки, блонди быстрым шагом прошел в спальню. Там разделся и спустился в ванную комнату, сделав знак Мартину следовать за собой. Ему стоило сказать только одно слово - и умница-фурнитур сразу понял, что и как следует делать с ним сегодня. Через час Леон вышел и поднялся в спальню, где уже был настежь открыт шкаф, а на кровати лежали несколько сьютов. Обычные, повседневные он отмел сразу, не для приема они. Взгляд выхватил три - черный с длинным разрезом на подоле, но его он посчитал слишком откровенным. Если честно, он пока не решался его куда бы то ни было надевать. Белоснежно-золотой с вышивкой и плащом - но в нем он встречал посла, не дело появляться в одном и том же, еще подумают, что у него надеть нечего. Еще черно-золотой сьют, он пока тоже никуда его не “выгуливал”... и сейчас Леон решил что пришло время. Черный с тиснением, богатой золотой вышивкой. Спереди подол немного короче и вырезан клином, сзади же небольшой шлейф. Длинный пояс обматывается вокруг талии, спускаясь длинными концами. Но больше всего Леону нравится необычный воротник сзади со множеством подвесок, изображающих плащ. К нему комплектом шли два наплечника и два наруча, и сапожки. Сьют пошит по размерам блонди и сидит идеально - Леон мерил его. И еще - под него, в отличии от белого не надо было сложной прически. Достаточно собрать височные пряди в косички и тщательно прочесать волосы, оставив их на спине свободной массой.

Наряд

https://pp.vk.me/c639918/v639918947/a20f/Lj4ECn36Wns.jpg

Поэтому сейчас Леон сел перед зеркалом, отдавая волосы в умелые руки фурнитура. Пока тот делал, казалось бы, простейшую прическу (а как известно - красота в простоте!), консул успел перебрать в памяти все. Некоторые вещички, прихваченные для работы, они в кейсе, в машине. Дела - оформлены. Он полностью готов и укладывается во время, успеет еще зал посмотреть.
Через четверть часа Леон с помощью Мартина оделся. Распустил по спине волосы. Натянул перчатки и замкнул на запястьях наручи. На золотой кушак пристегнул пояс блонди. Взял комм и глянул на часы. Минута в минуту. Кивнув фурнитуру благодарно, блонди спустился в зал, взял кейс и уехал.
Зал поразил его изяществом и богатством. Светлый, окна почти во всю стену, приятный глазу интерьер. Некоторое время Леон свободно дефилировал по залу, присматриваясь и приглядываясь. И прислушиваясь. Маэдо выглядела сногсшибательно, но, чтобы не вызывать подозрений, как это было с Зигом, он лишь скользнул по девушке взглядом, отмечая детали, и отвернулся отходя к другому окну. И замер пока там.

Отредактировано Леон Клэр (2017-02-17 01:40:53)

+2

6

Что значит прием на Амои для дзинкотаев? Для многих - ленивое развлечение, для некоторых, к коим причислял себя и заместитель главного нейрокорректора - скучную рутину. Обычно.
Но не сегодня.
Рагон бы побрал эти "но" - нейрокорректор их терпеть не мог - но (ну вот, опять это треклятое словечко!) сегодня обойти это не было никакой возможности. Причина приема и приказ шефа сегодня были эксклюзивом.
С приказом Рауля Ама всё было предельно ясно и четко - явиться. С причиной - несколько более размыто. Хотя Фалк прекрасно понимал, что первое - причина - однозначно влекло за собой второе - приказ.
Причина - посольство с далёкой Аканы. Боевое звено во главе с Творцом.
Бло, вот уже второй час изучавший присланную ему шефом по наисекретнейшему, известному только им двоим, каналу информацию (всё, что только смогли нарыть в департаменте Уоллеса), усмехнулся - два нейрокорректора, вооруженные подобными знаниями, да на одном приеме - это маленькая армия. Нервно - паралитическая.
Все сведения по этим таинственным аканийцам, живущим в своей Сети, уже заняли удобное место в необъятном хранилище памяти платины - всё четко рассортировано и под рукой - неизвестно же, что конкретно может понадобиться.
Фалк выключил простой, без выхода в какую-либо сеть, планшет, поднялся из-за рабочего стола в своем кабинете в особняке в Апатии, и убрал его в сейф.
- Интересно, успел Гриффит разнюхать про наш способ передачи информации? Надо бы понаблюдать за ним, а то и поменять недолго.
Бло вернулся за стол, опёрся подбородком на скрещенные пальцы рук, а локтями - на столешницу, и снова задумался.
- Посол будет в белом, это цвет Творцов. Её спутники наверняка тоже. Кто-то из Консулов может прийти в белом...
- Рон, - стальные глаза обратились к фигуре верного фурнитура, вот уже минут пять как замеревшего у стены, - серебро.
Бло помолчал немного, оценивая дальнейшие варианты, - И цвет амойских сумерек. Для приемов. И ванну. Зейдару - аналогичную гамму.
Слуга метнулся исполнять, а корректор еще несколько минут изучал абстрактную точку пространства, снова перебирая в уме полученные от Рауля сведения, затем встал и направился в спальню. Время приёма приближалось, а опаздывать Фалк себе не позволял никогда.
Своего ойрана Бло решил взять с собой. Петов на приеме будет предостаточно - лучшие и эксклюзивные экземпляры этой статьи амойской индустрии - так не помешает разбавить их и чем-то необычным. Да и самому корректору было интересно, как справится принц с этим новым испытанием. Лейру была срочно заказана необходимая одежда, для помощи Рону из эосских апартаментов был вызван Дик и Фалк не сомневался, что внешне Зейдар будет выглядеть блестяще.
Сам же корректор продолжал перебирать в уме сведения, полученные от Рауля, всё то время, которое потратил на свой собственный туалет. Госпожа Маэдо занимала умы высших элитов с момента своего появления на Амои и сегодня был самый подходящий момент, по мнению консула Ама, чтобы и его зам ненавязчиво так включился в процесс непосредственного контактного изучения аканийцев. Один корректор - хорошо, а два - понадежнее будет.
Серебряный сьют сидел на Бло, как вторая кожа, бархатная сложнокроенная туника с небольшой перелиной, глубокого фиолетового цвета, украшенная серебряной вышивкой, была подхвачена серебряным же поясом, такого же цвета щегольские кожаные сапожки на небольшом каблуке из специального сплава (можно и чечётку отбить, а можно и убить кого прицельным ударом, это как пойдет), серебряные тончайшие перчатки, бессменный комм на левой руке - обычный наряд платины для приемов на высшем уровне. Белая грива идеальной, волосок к волоску, волной спускается по спине ниже талии, серые глаза непроницаемо спокойны - Бло поднялся из спальни в центральный холл своего особняка, окинул взглядом спускающегося по лестнице Зейдара, чуть улыбнулся ему и кивнул Рону, подтверждая, что всё в порядке. На плечи господину и ойрану легли бархатные плащи тёмно-фиолетового цвета и пара чинно проследовала к кару, за рулем которого уже восседал Рон.
Дорога до Парфии не отняла много времени. Фалк молча размышлял над своими задачами, предоставив пока принца самому себе. Ничего, ему тоже полезно морально подготовиться.
Плащи были скинуты на руки обслуге при входе – намётанный глаз платины сразу же распознал в них спецагентов.
Зал для приёмов поражал воображение, правда, каждое по-разному. До блеска роскоши корректору не было никакого дела, так и должно было быть, а вот…
- Надо же... Консул Уоллес превзошел самого себя - столько записывающей, следящей, охранной и прочей аппаратуры на квадратный метр внутренней поверхности отдельно взятого помещения ему удалось впихнуть впервые... Да еще и консул Зави добавил. Бдит разведка, - Бло элегантно раскланялся с Двенадцатым, конечно же, не упустив его сканирующий взгляд, но совершенно не придав ему значения. Тигр в боевой готовности, ничего необычного.
- Будь рядом, Зейдар, - на всякий случай тихо предупредил лейра Фалк.
Народу в зале было пока немного - корректор прошелся панорамным взглядом по всем сразу, на мгновение задержав его на консуле Клэре у окна.
- Странно... Я знаю, что Леон участвовал во встрече посольства в аэропорту и знаком со всей делегацией… Почему он не подошел поговорить с госпожой Сорой? Надеюсь, это просто хитрый ход нашего золотого враля Амои, а не сбой в личностной матрице… Не хотелось бы сегодня отвлекаться ещё и на это…
Корректор почтительно склонил голову перед Десятым консулом, отдавая необходимую дань уважения. Первого и Второго пока не было видно и Бло наконец-то сконцентрировался на аканийском посольстве.
Они уже были тут – разумеется, все в белом, как и предполагал корректор,  и сосредоточены, как на ответственнейшем задании. Впрочем, неизвестно, у кого из присутствующих сегодня более ответственным было ещё это задание.
Представитель Федерации, как муха возле мёда, вился подле госпожи Маэдо. Аканийка была безупречна – серая бровь платины чуть дрогнула своим внешним уголком – он оценил разом и изящество, и вкус, и дальновидность посла, которая вопреки собственным традициям была одета в светский наряд, и какой наряд! Фалк сразу представил, насколько эффектно будет выглядеть эта хрупкая женщина в движении.
- Хм… Самые сложные задачи всегда выглядят просто, не так ли, госпожа Сора?
Бло спокойно двинулся через зал, украсившись самой любезной улыбкой, предназначенной заодно и для федерала. На точно выверенном протоколом расстоянии элит склонился в безупречно вежливом поклоне перед послом:
- Приветствую Вас, госпожа Сора. Возьму на себя смелость представиться сам – заместитель главного нейрокорректора Амои Фалк Бло, к Вашим услугам, - более легкий поклон в сторону её спутников и такой же – федералу, который, учтиво ответив, вдруг заторопился в сторону.
- Ну, куда же Вы, господин федерал, право слово? Всегда одно и то же… - но, с другой стороны, приятно ведь, когда тебя «любят» столь показательно и искренне, - Вот и иди, голубчик, нечего тебе тут ошиваться. И на лейра смотреть не советую, - стальной взгляд, как копьё в спину, проводил удаляющегося мужчину и тут же вернулся к даме, окутав её нежным шелком безмолвного восхищения.
- Прошу сразу простить меня, уважаемая госпожа, кажется, я имел несчастье прервать Вашу беседу с этим учтивым господином, - Фалк улыбнулся совершенно обворожительно, - Но если Вы пожелаете, я верну его назад.
- Да разрази меня сто рагонов разом, если она жаждет продолжить с ним разговор…
- Позвольте Вам так же представить моего ойрана по имени Зейдар. Он принадлежит к расе лейров, если госпожа слышала про такую.

+3

7

День приёма был сложным испытанием. Зейдар нервничал, но не спорил ни с Роном, подготовившим одежду и украшения , ни с господином Фалком. Тёмно-фиолетовые лёгкие восточные брюки с низким поясом мягко облегали бёдра. Серебристая полоска поясной ткани словно намекала, чей он спутник. Короткий фиолетовый топ с тонким серебряным узором по угловатому его краю и больше ничего лишнего. Кулон идентификации, камень богов, ещё одна искрящаяся переплетением платины и золота цепочка в тон подаренным господином наручам. Тонкие  изящные браслеты на предплечьях. По нижнему краю браслетов шла "бахрома" мельчайших, словно удлиненные, фигурные листики фантастического дерева, подвесок. И конечно же подарок беловолосого, что скрывал ненавистную печать от взгляда принца под родовыми узорам, хорошо различимыми на спине, но искусно скрытыми топом спереди. Наручи словно повторяли все эти завитки и разлёты стрел, переплетаясь настолько тесно, что казались сплошными. В них поблёскивали драгоценные камни светло-зелёного морского оттенка. Редкие изумруды, как пояснил ему Рон. Мягкие фиолетовые бархатные туфли с тончайшим узором серебристой нитью, довершали одеяние. Волосы Зейдар собрал в высокий хвост, оставив лишь несколько свободных прядей, мягко спускавшихся вдоль его лица, украсив их парой драгоценных бусин. Иссиня-чёрную тяжёлую копну перехватывала полоска фиолетовой ткани.
  Его одеяние было чуть светлее оттенком, чем глубокий сумеречный цвет одежды Элита. Это сочетание цвета мягко отодвигало его на второй план, давая Фалку возможность визуально выглядеть ярче. Белые волосы гайра, уложенные едва заметной волной на спине, придавали его лицу свечение, а весь его наряд буквально говорил о его статусе одного из правителей Амои. Поэтому Зейдар кратко улыбнулся, увидав его внизу. Воистину называть его Великим вальбоном сейчас было весьма уместно. Он выглядел царственно и очень спокойно. Волнение перед предстоящим полётом на каре отошли на второй план. Не в этот раз. Для Элиты важно было сохранить свою репутацию, а его задача - не испортить всё.

Мысленно Зейдар молился своим Богам, чтобы они послали ему терпения. Он теперь ойран, инопланетник, придающий статус уважаемого и богатого белоснежному. С горячей кровью лейров так легко оступиться и он не должен этого допустить. Это просто приём. Он видел десятки приёмов в Лейрате и всё всегда было примерно одинаковое. В честь посла устраивали пир, танцы, ему предоставляли лучшее из имеющегося, если переговоры сложились хорошо. В отношении Амойской политики Зейдар не был столь уж хорошо просвещён, но надеялся, что чувства не подведут его. Приём проводился в честь посла с Аканы. Такой земли не существовало в мире лейра и ему было интересно посмотреть на тех, кто прибыл с этой земли. Какие они? Похожи ли они на гайров или же нет? Как они выглядят вообще? Высокие ли, или низкие? Вдруг у них несколько рук или крылья на голове, как у сиринитов? Что если они не похожи на людей?...

До самой Парфии принц мысленно придумывал варианты загадочным аконийцам, крепко держась за сидение кара. Приземление было гладким, они вышли, отдали свои накидки слугам и направились к залу. Немного непривычно было не ощущать на бедре кинжала в ножнах, но стоило войти в роскошный зал, как воспоминания о приёмах в Лейрате поугасли под наплывом новых ярких впечатлений. Всё-таки Амои была очень странной планетой. Зал был совсем не таким, как на его родине. Он был светлым, широким и высоким, в нём было много столиков с накинутой на них дорогой тканью, и даже кресла были одеты в ткань под цвет. Огромные окна, драпированные узорными нежными занавесками, словно поднимали зал над городом и Зейдар сделал шаг ближе к Фалку, волнуясь, что в таком зале можно легко потеряться. Высокие Элиты не выглядели в нём высокими. Здесь словно всё было продумано для правителей, и давало понять вошедшим как могущественна и богата Амои. Великая почесть отдавалась послам Аканы, если судить по убранству зала и количеству слуг, готовых выполнить любое распоряжение. 

Его властелин предупредил, чтобы Зейдар был рядом с ним. Лейр чуть кивнул, держась по левую руку от Платины и на пол-шага позади. Он заметил у окна знакомого ему уже Леона. Блонди не вызывал более смешанных чувств в душе Зейдара и принц отлично помнил то, чего он не должен помнить. Возможно здесь будет и Блонди Маркус... Впрочем, принц уже простил Элиту сделанное. Даже Блонди могут совершать ошибки, будучи уверенными в своей правоте. Зейдар предпочёл сохранять королевскую стать, спокойствие, и в дальнейшем вести себя так, словно его память была стёрта амойскими машинами и заклинаниями Фалка Бло начисто. Это было давнее обещание и принц не желал нарушать его, понимая, насколько уязвимыми тогда станут они оба - Фалк и он. Проходить ещё раз через то, что он прошёл в лаборатории - нет уж, одного раза достаточно!

Платина целенаправленно шёл к невысоким людям в белых одеждах. Эти люди мало отличались от гайров внешне, а вот стоящее впереди этой группы существо отличалось. Оно напоминало очень юного тали. Зейдар, едва увидев существо в длинном балахоне, или скорее даже в платье, подумал о короле Иштар, столь же хрупком и прекрасном для многих харзов его королевства. Это существо казалось ещё тоньше и меньше ростом на фоне приближающегося Элита. И у него была выпуклость спереди, словно призванная сделать его фигуру ещё более изгибающейся. Назначение этой выпуклости Зейдар не смог придумать, но своё удивление нужно было скрыть. Возможно, это и был посол Аканы, о котором так много думал принц, сидя в каре. В любом случае, Фалк шёл именно к нему и разглядывать грудь посла было бы сейчас не лучшей идеей.

Преодолев некоторое расстояние до цели, белоснежный заговорил с послом, склоняясь в поклоне уважения и приветствуя, а значит Зейдар не ошибся. Неизвестный хрупкий цветок и был тем самым существом, ради которого устраивался весь этот приём.
- Приветствую Вас, госпожа Сора. Возьму на себя смелость представиться сам – заместитель главного нейрокорректора Амои Фалк Бло, к Вашим услугам.
Зейдар опустил взгляд, стоя чуть позади своего властелина и замер. Сейчас его задача быть тенью и не мешать вести беседы ни взглядом, ни словом. Фалк так же вежливо поклонился и человеку, находящемуся рядом с послом. Принц лишь едва заметно скользнул взглядом по спешно отходящему от посла. Кем бы он ни был, в его задачи не входило это немедленно выяснять. Странным показалось другое. Фалк назвал посла как-то непривычно и его ощущение произнесённого слова для перевода просто потерялось. Очевидно, что это было вежливое обращение, не нашедшее аналога на гайри, а Сора - возможно это имя посла.
Госпожа Сора. Госпожа Сора.
Зейдар несколько раз повторил про себя это, чтобы запомнить, если вдруг посол пожелает говорить с ним.
- Прошу сразу простить меня, уважаемая госпожа, кажется, я имел несчастье прервать Вашу беседу с этим учтивым господином.
А мне кажется, ты сделал всё, чтобы этот мужчина отошёл в сторону. Шёл прямиком к послу, хотя видел, что он крутится рядом, не стал с ним заговаривать, как заговорил с тали с Аканы, прервал беседу. Любопытно, зачем ты это сделал, гайр? Этот человек твой враг?
- Но если Вы пожелаете, я верну его назад.
А ты учтив, белоснежный. Что-то мне подсказывает, что его возвращение тебя не обрадует.
- Позвольте Вам так же представить моего ойрана по имени Зейдар. Он принадлежит к расе лейров, если госпожа слышала про такую.
Саммах эль Саммах! Пошлите мне терпения и покоя, дабы преодолеть всевозможные преграды этого дня.
Зейдара разволновал этот момент, но молитва, произнесённая мысленно, помогла и он не позволил себе потерять самообладания. Ресницы дрогнули и он посмотрел прямо на посла Акана, и лишь затем учтиво коснулся лба, мягко приложил руку к сердцу и отнял её в направлении хрупкой фигуры в белом, медленно склонившись в знаке уважения. Разве не так должен вести себя тот, кто является тенью величественного правителя? Пусть более он не принц, пусть ему уже не стать королём, но привычка находиться в королевских залах на приёмах не делала его кем-то другим. Его новый статус также не делал его ни мягче, ни подобострастнее. Он всё ещё был воином, он не смотрел украдкой, глядя прямо в глаза и сохраняя достоинство. Его поклон длился чуть дольше, чем поклон белоснежного, потому что так было принято в его мире. Отныне он был чем-то вроде фаворита, и он это понимал. Хвала всем богам, что истина скрыта от глаз посла. Кто знает, как воспринял бы этот прекрасный тали неприглядную правду. Может в его земле всё по-другому? Может быть его переживания не будут иметь никакого значения, а может быть заденут честь Аканы, как знать. Здесь его статус означает иное и можно не бояться осуждения со стороны. Или всё же нет?...
В любом случае, какие бы мысли не крутились в голове Зейдара, он не позволил им пробиться сквозь учтивость ойрана. Всё внимание должно доставаться его владыке, а он лишь средство для привлечения этого внимания и символ престижа. Впрочем, белоснежному, кажется, с ним чуть более интересней быть здесь. Они даже могут поговорить, если Фалк этого пожелает...

Отредактировано Зейдар (2017-03-10 16:35:51)

+2