Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы

Объявление



Время: 315 год Эры Юпитер, четырнадцатые сутки после взрыва в Дана-Бан.
Утро-день-вечер-ночь.

Погода: переменная облачность, ветер.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы » Время, назад! » Мы идем тропой мятежной


Мы идем тропой мятежной

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Время действия: 275 г. Эры Юпитер. Весна.
Место действия: Танагура, Эос.
Участники: Рауль Ам, Орфей Зави, Фалк Бло.

Однажды Эвридика в сопровождении своих юных подруг-наяд на зелёном лугу собирала весенние цветы. Беспечно гуляя по густой шелковистой траве, не заметила она, как подползла ядовитая змея и ужалила ее в ногу (по другой версии Эвридика наступила на змею, убегая от преследовавшего её Аристея).


Красивая, однако, несомненно, мужская рука, затянутая в белоснежную, пока ещё перед работой не стянутую плотную перчатку, свободно, но крепко держалась за край кабинетного стола из столь же белоснежного пластика. Усилие плавно и мерно передавалось с левого плеча на пясть, от правой стопы к бедру, и вращающееся кресло Главы департамента генетического контроля, не менее белое, равномерно поворачивалось влево-вправо: какой-то уровень сознания блонди счёл, что эти минуты рационально использовать не просто и не только для сидения, но и для такой вот ненавязчивой разминки – полезной при долгой работе с документами. И всё же, несмотря на запланированный и без сбоев произошедший от правильно дозированной физической нагрузки выброс в кровь эндорфинов, продекларированной и вроде как обязательной бодрости духа в безукоризненно здоровом теле дзинкотая как-то не добавлялось, наоборот – нарастала озабоченность и глухая тревога, в то время как все остальные уровни восприятия поглощали, анализировали и сортировали поступающую по слуховому и зрительному каналу информацию.
Звуковой файл Юпитер прислала внезапно – едва вернувшийся из Кииры Рауль занял место в кресле и включил терминал, намереваясь продолжить рабочий день, с секундной задержкой пришло сообщение от Матери и на электронную почту – всё честь по чести: по закрытой линии связи, с грифом «Строго конфиденциально», с запароленным сугубо личным доступом, так что теперь прямо на слуховые нервы через чип поступала запись, а взгляд схватывал строчки с виртуального монитора. И чем дальше скользил в прокрутке текст, чем дальше сдвигался вправо бегунок на шкале аудиозаписи, тем холоднее и отрешённее становилось лицо главного нейрокорректора. Бело-золотистый свет заливал рабочие апартаменты Рауля, серебристым голосом Зави можно было заслушаться – так, наверное, поют и говорят ангелы, о которых на Амой мало кто знал, да и в Федерации-то почти забыли. Настолько красиво было само звучание, что даже в смысл слов вникать не хотелось… а может, и не только поэтому не хотелось. Не столько.
Не прекращая механически-мерно крутиться в кресле, господин Ам, не меняясь в лице, опустил ресницы, по безупречно прямой спине под накидкой и сьютом прошёл невидимый, к счастью, для любого ока, но очень даже ощутимый для самого биотехнолога знобящий холодок.
Орфей, Орфей, как же ты так… ты-то как же не уберёгся, ведь, кажется, тебе ли не знать, что мы всё время на виду, что слышен каждый наш вздох. Или ты, как раз, зная это, посчитал, что сможешь обезопасить себя и… того, кто тебе дорог?.. И ведь смог бы, не появись этот… верный сын Юпитер.
И что мне делать теперь? – кресло вправо-влево-замерло. – Что теперь делать мне? Сигнал поступил, не отреагировать я не могу, отсутствие прямого приказа Матери означает лишь то, что и меня заодно проверяют на верность миропорядку… − Ам коротко ткнул пальцем в клавишу, свернул моментально удалённый системой секретный файл в тот же миг, как умолкла запись разговора. – Вернее, что мне следует делать – как раз яснее ясного, а вот как я это сделаю… а должен.

Отредактировано Рауль Ам (2015-06-23 14:16:46)

+3

2

Ничто не вечно под изменчивыми лунами. Орфей это знал, как никто другой... Кому, как не главному интригану Эос, понимать всю степень риска? Нет, на хрупкие плечи Ри он никогда не возлагал такой тяжелой ноши, занимаясь не только обустройством общего счастья, но и создавая кокон призрачной безопасности. Сам себе комендант напоминал одновременно и шпиона, и супергероя, устроив не только слежку за элитарами, но и начав опасную игру с Юпитер. Рагон, кто бы знал какие жертвы он приносит во имя Эвридики! Жертвенный камень давно обагрен невидимой кровью, пятная чистоту чувств. Что думала об этом она - не важно.
Пробежавшись тонкими пальцами по подлокотнику, Орфей едва заметно нахмурился. Охота на призраков впервые дала свои ядовитые плоды. Вызвав верного фурнитура, он отдал короткие команды, понятные только им двоим. Но Юпитер уже была настороже и сделала упреждающий шаг. Хотелось только верить, что он не окажется контрольным в голову, но вера и разум несовместимы. Дверь закрылась за спешащим фурнитуром с тихим шелестом, и комендант Эос поправил свое одеяние, подтянув и без того идеально сидящие на руках перчатки, оправив шарф на шее.
- Право слово.. как удавка. Раз, два, три... Матиас, не подведи... - в затылок настойчивым сверлом вгрызалась мысль о том, что он сейчас теряет обоих. Отмахнувшись от нее, как от мешающей выполнению целей, Орфей поднялся и отправился туда, где он мог принести сейчас максимум пользы Эвридике. В том направлении, куда был послано засекреченное послание Матери. - Может я накручиваю себя и ищу проблему на ровном месте? Почему сейчас? Так долго нам удавалось скрыться от внимательного и сурового взора Юпитер... Где же я допустил ошибку? В чем просчитался?
Встреченные им на пути отшатнулись от главы службы безопасности, как от прокаженного. Зави остановился на минуту и сделал глубокий вдох, стараясь унять сердцебиение и охватившие его волнения. Чем дольше он сможет держать маску спокойствия, сохранив свой привычный облик, тем больше времени будет у Матиаса. От чипа не избавиться, но сбить сигнал - можно. Главное чтобы фурнитур вовремя добрался до Эвридики. А там... там будет видно.
- Прости меня...  - сердце сделало предательский кульбит и наконец забилось ровно. Кровь, отхлынувшая было от лица, вернула ровный тон коже. Взгляд... Притушенный мягкими полуокружиями ресниц, может и сойдет за обычную насмешливость интригана. Орфей почти беззвучно скользнул в кабинет главы департамента генетического контроля. Ам был на месте и как всегда спокоен и сосредоточен на работе.
- Мое почтение тебе, брат. - Орфей поднял взгляд и его губы дрогнули в легкой улыбке. За этой безупречной невозмутимостью Рауля он пытался рассмотреть... Что? Обычно расчетливый ум давал сбои, он никак не мог придумать естественной причины, чтобы вот так нагло вломиться в святая святых департамента. - Прости, что врываюсь без предупреждения.

+3

3

А вот ничего подобного – не был Рауль Ам нынешним несчастливым днём ни спокоен, ни сосредоточен на работе. Вид соответствующий делал, верно, но какой дзинкотай, какой, тем более, блонди с рождения не умеет создавать нужную видимость? Лишь те, что не заживаются в неизменном укладе Танагуры под изменчивыми амойскими лунами. Сегодня, едва вслушавшись в присланный Матерью аудиофайл, Второй консул Синдиката, Советник, главный биотехнолог Амои и, что всего существеннее, нейрокорректор ощутил нечто совершенно для элитара высшего ранга непозволительное, то, что правильнее всего было бы назвать смятением – и мыслей, и эмоций. Оно нарастало, нарастало, отдаваясь эхом двух уже смолкших в кабинете голосов – прекрасных, звенящих, чистых, полных взаимной нежности и одинакового человеческого тепла – и в какой-то момент накрыло Идеального блонди с головой тем ужасом, от которого он, порой, просыпался среди ночи. В такие сумрачные моменты он искренне считал себя больным, ущербным, испортившимся, будто короткий ночной сон стирал дневные доводы трезвого и критичного разума и возвращал сознание к чистому, незамутненному самой жизнью состоянию новорожденного только что из колбы, со свежезагруженной изначальной матрицей личности. 
Кресло перед рабочим столом руководителя Департамента генетического контроля давно перестало вращаться, Рауль сидел прямо, просматривая на терминале сводки о новых проектах, но фоново всё та же растерянность искала ответа на вопрос «что же делать?», тут же сменяющимся тоскливым «как же я смогу это сделать?», который для полного комплекта замыкал очередной тур раздумий вспыхивающим финальным-горестным и безнадёжным «что же будет потом?..». Нет, не за себя беспокоился Рауль, вернее, не только за себя, за себя меньше, чем за собрата. Орфей... даже Орфей попался в эту ловушку, даже язва Зави. Что ж... каждый из них шёл индивидуальным коридором лабиринта соблазнов к своему, особенному сыру в мышеловке. Разумеется, эстет Зави не мог не соблазниться красотой и... музыкальностью?.. умом?.. – всё это можно было услышать в чудесном ворковании девушки.
Что же с ней будет, когда... – именно на этой мысли Ам повернул голову к открывшейся двери. Нет, явление коменданта Эос не стало неожиданным, и первый острый взгляд зелёных глаз сказал посетителю больше, чем безмятежный голос хозяина кабинета:
Здравствуй, брат. Поверишь ли, я предчувствовал, что ты придёшь. – Ну ещё бы, Второй консул ни секунды не сомневался, что комендант Эос не пропустит ни единого содрогания своей информационной паутины, и хоть файл пришел Аму в Кииру из Башни Юпитер, послан-то донос был кем-то из жителей чудо-небоскрёба имени Утренней зари. – Знаешь ведь, в моей матрице заложена так называемая интуиция. – Кресло, словно вспомнив недавнее, качнулось слегка вправо-влево – почти игриво, и так же улыбнулся Рауль, смягчая взгляд полуопущенными ресницами. – Ты ко мне по делу департамента? – вопрос как бы почти рассеянный, между просим, заданный очень занятым руководителем с чрезвычайно плотным графиком. – Если нет, может, обсудим его на воздухе? У меня сейчас обед во дворике Центра, не хочешь присоединиться?
Намёки, полунамёки, аллюзии, иносказания, игра интонаций – целая система не совсем вербального общения, пожалуй, единственное искусство, взращённое в среде дзинкотаев, и тоже отражающее их жизнь во всей полноте и сложности, которым владели оба консула в совершенстве, сейчас была нужна, как никогда. Да, здесь тоже со всех стен смотрит недреманное око Юпитер, всеслышащего божества, но... все-таки электронных глаз и ушей тут чуть меньше... а во внутренних дворах – меньше минимума.

Отредактировано Рауль Ам (2016-12-25 23:41:22)

+2

4

Самоконтроль во всем в последнее время давался Зави, ой, как тяжко. Было у этого много причин, но незримое око держало каждого из элитаров в тесном кольце самообладания и сжимало удушливой петлей, опутав шею. Что ж... Он знал, что это состояние далеко от нормального и большинство его собратьев оставались довольны судьбой, погруженные в дела и заботы.
Устроившись в кресле напротив Рауля, блонди Элегантность качнулся к подлокотнику и со скучающим видом устроил на нем свой локоть. Тонкие пальцы скрыли левую сторону лица. Указательный прижал уголок глаза, тогда как остальные изящным веером прикрыли рот.
- Жест, свидетельствующий, что ты собираешься солгать. - Ум машинально вел оценку не только действий собеседника, но и своих собственных. Поза Орфея была несколько зажатой, он непроизвольно закрывался от нейрокорректора, уже точно зная, что его опасения были, увы, не напрасны. - Туше, Рауль. Запоздавший, но такой успешный выпад.
Ресницы чуть дрогнули, глаза на мгновение прикрылись, чтобы дать своему хозяину немного времени на оценку сил и их расстановку на шахматной доске.
- Знаю, брат. Тот же набор рефлексов и реакций, в сочетании с умением быстрого и точного анализа ситуации заложены и в мою матрицу для выполнения работы. Мать никогда не оставляла своих сынов беспомощными перед лицом тех задач, что возложены на них. - Свесив руку с подлокотника, Орфей сел ровнее, чуть кивнув все с той же безликой улыбкой. - По делу. Впрочем, это не срочно. Так что я буду только рад составить тебе компанию, отобедав вместе.
Признаться честно, он был немало озадачен. Нет, Зави всегда был далек от того, чтобы недооценивать Ама. Недаром именно он был назначен неизменным советником Первому консулу. Острый ум, верность идеалам, преданность матери - все это обязан был сочетать в своем психологическом профиле тот, кому доверена коррекция лучших из лучших, столпов этого мира. Но сейчас Рауль темнил, демонстрируя владение дворцовым этикетом на уровне высшего пилотажа. Поднявшись, Орфей улыбнулся чуть шире, взгляд его скользил к выходу... да и сам он уже подходил к двери, уверенный, что Ам последует за ним без опозданий.
- Что-то вызвало в нем сомнения или съедает любопытство, которое он жаждет удовлетворить, прежде чем беспрекословно выполнит задание Юпитер. - в коридорах Орфей чуть замедлил шаг, чтобы собеседник успел выйти, закрыть за собой дверь и пойти плечом к плечу. Взгляд скользнул по точеному профилю зеленоглазого: - Что может интересовать врачевателя умов и линчевателя своеволия? Неужели желаешь знать, каково это - любить и быть любимым? И кто тому виной...
Мысль сама по себе стремительна, часто не полностью осознаваема. Так и Орфей шел вперед с гордо поднятой головой, с отпечатком призрачной невозмутимости на лице. А пульс отбивал ритм, отсчитывал время. Если бы Матиаса задержали на выходе из Эос, то он бы уже об этом знал. Значит пропуск сработал безоговорочно, пока Юпитер не ставит на своем грешном сыне печать недоверия. Хрупкий образ маячил перед мысленным взором. Любимый темный локон, подчеркивающий белизну кожи, ясные глаза и пронзительно доверчивый взгляд.

Отредактировано Орфей Зави (2016-12-26 21:41:23)

+3

5

Умение читать язык жестов и положений тела наблюдаемого объекта для нейрокорректора – навык едва ли не более необходимый и вечно актуальный, чем для руководителя СБ, так что значение изысканно-элегантной позы, которую принял комендант Эос поначалу, Рауль считал мгновенно. Да, изящна до крайности, (а какой ещё она быть могла у Зави, признанного всеми безоговорочно, как блонди-Элегантность?), но... ах, умница Орфей, сам всё понял, сам всё исправил. – Ам испытал почти физическое облегчение, когда узкая кисть усевшегося напротив Пятого консула перестала поддерживать голову... а вернее – закрывать часть лица.
Вот так-то лучше, хорошо... помни о камерах, помни, что мы не одни такие умные, что мы вообще не одни, даже когда говорим наедине...
…и если бы ты об этом вообще не забывал, мне не пришлось бы снова становится карающим скальпелем, вырезающим скверну. Как же ты подвел и меня, брат! – но и досадуя внутренне, Второй консул приятно улыбался и подтверждающе кивал верноподданическим, признательным и банально-правильным репликам о предназначении элиты вообще и коменданта Эос в частности, не позволяя тоске даже зелень внимательных глаз затемнить. – Где же было твоё хвалёное умение анализировать ситуацию в самые важные для тебя самого моменты? Да банальная осторожность хотя бы...
Как же мы вообще беспомощны перед напором эмоций, когда они касаются личностных проблем, – вздох главного нейрокорректора остался незамеченным – ведь он как раз вставал из-за стола, плавно его огибая, – вот он, главный порок психики дзинкотаев, невероятно выносливой по природе, но лишенной тренировки опытом близких отношений.
Выскользнуть крупным и грациозным хищником из кабинета, обождать, чтоб притворилась автоматическая дверь, догнать в несколько шагов собрата – все это дело нескольких секунд. Жаль, что люди редки в Киире, любоваться этим танцем элитарной обыденности редко кому может посчастливится. Но зрелище парочки шествующих по коридорам полубогов они могли видеть, затаив дыхание – естественно-горделиво развернутые плечи, золотые головы, которые склоняются лишь перед Матерью...         
Слышу, слышу шаг твой нежный,  – напевно и негромко произнёс вдруг Рауль в такт шагам обоих, почти сам собой синхронизировавшийся, когда они в очередной раз свернули в коридоре, похожем на внутренность фарфоровой трубы.
Шаг твой слышу за собой. 
Мы идем тропой мятежной, 
К жизни мертвенной тропой. 

Разумеется, это ничего не значит. Главный биотехнолог просто читает вспомнившиеся к случаю стихи.
Сердце – мертво, грудь – недвижна. 
Что вручу объятью я? 
Помню сны, – но непостижна, 
Друг мой бедный, речь твоя. 

В этом колене коридора сочный баритон Рауля не разносился эхом. Кому как не руководителю киирского Центра знать свойства здешней акустики?..

Отредактировано Рауль Ам (2016-12-27 18:19:15)

+2

6

Тихий, но почти по-военному четкий шаг, сливающийся воедино. Они шли запутанными коридорами башни в ногу. Два противника, преследующие прямо противоположные цели. Элитары обязаны следовать указаниям Юпитер. Покорность матери возводилась в статус безоговорочного закона, звучащего громогласно, словно произносимого значимо с большой буквы. И вот верный сын, старательный хранитель норм и правил, все острее чувствовал себя отступником.
Голос Второго консула бил по нервной системе, жестоко играя на струнах души, рискуя их порвать в хлам. Сердце выбивало бешенный ритм, колотилось почти в горле Орфея, подкатываясь удушающей тошнотой.
- Ты последуешь рекомендациям Матери, Рауль. Не стоило затевать этот спектакль. Я слишком хорошо тебя знаю... Милосердности ждать от тебя не приходится. Я и не прошу. Мне только нужно немного времени, чтобы выскользнуть из стремительно сжимающейся вокруг сердца петли. Разве это много? - взгляд Зави скользнул по изящному профилю своего брата, который перескочил несколько четверостиший, припечатывая роковыми словами, звучащими как угроза. Вновь устремив взгляд вперед, в даль коридора, издевательски ярко освещенного и в этом контрастирующего с подступающей темнотой в душе Орфея.
- Ты не помнишь! Ты забыла!
   Ах, я помню каждый миг!
   Нет, не сможет и могила
   Затемнить во мне твой лик!

Голос коменданта звучал спокойно и ровно, умеренно расставляя акценты в каждой строчке. При желании посторонние могли бы расслышать импровизированное чтение поэтических виршей. Могли. Если бы в этот момент хоть кто-нибудь присутствовал в коридоре. Отсек был пуст и безлюден - тонкая кишка, поглощающая сынов Юпитер, переваривающая их и выплевывающая за очередным поворотом. Глухая зона присутствовала почти на каждом этаже - ни эха, ни камер. Несколько метров независимости, неосознанные обитателями этих мест. Благо башня сама по себе являлась неприступной цитаделью, оберегая элитаров - таких сильных во многом... и слабых в мелочах.
- Тяга к поэзии - редкое явление для тебя, брат. - короткая констатация факта, высказанная лишь с одной целью. Так Зави продолжением обозначил свое отношение к ситуации, высказал категоричную оценку развития неумолимо грядущих событий и поставил точку перед поворотом, где начиналась старательно прослушиваемая и просматриваемая зона. - Недавно произошел сбой в системе климатизации башни. На твоем этаже не было дискомфорта? Вроде сигнала от твоих я не получал, но на этаже Первого паникеры даже начали поговаривать о диверсии.
Шаги вновь разносились гулко. И тихим голосам предательское эхо добавляло силы и громкости.

+2


Вы здесь » Ai no Kusabi. Дальше действовать будем мы » Время, назад! » Мы идем тропой мятежной